Пальцы дрожали от предвкушения. Не терпелось приступить уже, услышать шепот карандаша, перенести на бумагу щемящее чувство нежности, трепет, ощущение чуда. Ну, хотя бы попробовать. Скопировать, передать линиями, штрихами. Позу ухватить, поворот головы. Попытаться поймать момент и унести его с собой.
По-кошачьи, плавным движением кисти Лера отодвинула закрывающую обзор ветку можжевельника.
Ветер все так же играл листвой, сосны по-прежнему тянулись к солнцу, как всегда, горлопанили птицы. Только косули с детенышем больше не было. Они исчезли, будто духи Балтики унесли их – уволокли в волшебный невидимый мир.
Лера даже глаза закрыла и веки сжала что есть силы, надеясь, что это мираж, обман зрения. Не могли же косули удрать за те несколько секунд, которые ей понадобились, чтобы достать скетчбук и карандаш. Нет, не сумели бы скрыться из виду. У них бы не вышло. Тем более малыш еще нетвердо стоял на ножках.
И тем не менее, когда Лера открыла глаза, ничего не изменилось.
Хотя нет, кое-что было по-другому.
Лера видела косулю и ее детеныша будто воочию. У себя в голове. В памяти. И чувство щемящей нежности все еще было там – в груди.
Лера схватила карандаш, и зазвучал ласковый шепот. Трепетный шепот, словно заговоренная присказка доброго дедушки.
Тень и темнота. Они ведь похожи. Еще бы. Темнота и тень – близкие родственницы, сестры-близнецы.
А еще их выдала синхронность – если бы все это не произошло в один и тот же вечер, Лиза и Кира вряд ли бы поняли, откуда тянется ниточка. Впрочем, может, так и было задумано – чтоб они поняли.
Хотя, конечно, тогда – по пути из кафе – девчонки ни о чем таком и не думали…
В кафе их позвал парень. Да, обеих сразу. Лизу и Киру пригласил Пётр Триножкин – кучерявый увалень в очках, за которыми хитро поблескивали глаза-каштаны. Его масленые очи кого угодно натолкнули бы на определенные мысли. Но нет, прочь стереотипы, – девчонок он пригласил исключительно ради того, чтобы взять у них интервью.
Петя учился на журфаке и подрабатывал корреспондентом местного новостного онлайн-портала. «Поиск интересной и актуальной информации» – пункт с таким названием значился в его должностной инструкции под цифрой 1. Вот Петя и искал. В ходе неутомимых поисков он наткнулся на Киркин ролик о модельной школе Filicity Style. Информация показалась Петру и актуальной, и интересной. Он даже не сомневался, – миллион просмотров говорил сам за себя. Не теряя времени даром, будущий журналист написал на электронку, которую Кирка оставляла под каждым роликом на канале.
Девчонки отнеслись к приглашению по-разному.
«Вот оно – признание. Интервью – это же о-го-го уровень. И подписчики. Тысячи новых подписчиков», – радовалась Кира.
«О! Мой! Бог! Опять рассказывать о Filicity Style. Когда эта история закончится?! Когда я смогу уже забыть, в конце концов, о модельной школе. Она что, так и будет вокруг меня назойливым привидением кружить? И мама. Что она скажет? Как отреагирует?» – мысленно стонала Лиза.
– Это ж возможность закрепить успех. Пусть эти, из Filicity Style, не думают, что нас можно запугать. Пусть знают, что к нам прислушиваются, нам верят, – выпалила Кира.
– Если нужно, я с тобой пойду, без вопросов, – промямлила Лиза.
Интервью обернулось разочарованием.
Кира надеялась, что попадет на настоящие журналистские съемки: оператор, микрофон, дополнительный свет. Окей. Она допускала, что не в меру размечталась, ожидая от интернет-газеты масштаба телеканала. Но где толковые вопросы? Где адекватные вопросы, раскрывающие героев и тему?
Пётр жаждал хайпа. Жареного эксклюзива. Вау-эффекта. А как еще набрать просмотры? Кто станет читать «постный» пост? В общем, Петя рассчитывал на большее. А тут… Ну что это за факты, от которых у читателя даже волосы дыбом не встанут.
Лиза ничего от интервью и не ждала. Уповала на вкусный десерт, не более того. Планировала отсидеться тихонько рядом с Кирой. А что? Так же всем будет лучше. Ведь это Кирка, а не она – джедай быстрых остроумных ответов. Ведь это Кирке, а не ей хотелось засветиться в крупном паблике. Да и в кафе-то они притопали только ради продвижения Киркиного канала. Разве нет?
Только журналист этот щекастый… Пётр Триножкин – зачем-то именно Лизу все время цеплял: вопросы задавал странные, на что-то намекал, выпытывал, не было ли у кого-то из детей в модельной школе особых отношений с преподавателями. «Осо-обых». С таким удовольствием он нараспев тянул это слово! Да еще и масленым оком подмигнул.
Брр!..
Все трое вздохнули с облегчением, когда интервью закончилось.
– Ну и тип, – фыркнула Кира, перед тем как попрощаться с Лизой на перекрестке у давно погрузившегося в сон книжного магазина.
– Да уж, – согласилась Лиза, прежде чем сказать «пока» и исчезнуть за углом, нырнув в слабо освещенный переулок.
Нырнула беспечно, ни секунды не замешкавшись.
Откуда ж ей было знать, что там ее поджидает, не слишком-то и таясь, загадочная тень.
