И еще, в то же время того же самого года бароны Богемского королевства Рожмберк, Ченек и другие господа и рыцари, а также и вассалы, прежде бывшие заодно с пражанами, решили и выразили желание собраться в ближайшее после Успения девы-Марии воскресенье, именно 17 августа, в Чешском Броде вместе с пражанами и другими горожанами,, сторонниками истины господней, чтобы обсудить вопросы о благополучии королевства, о порядке его и управлении, а также об единодушной защите святой истины. Для того чтобы вынесенное решение имело полную силу, эти господа хотели, чтобы община города Праги направила туда своих известных горожан, пользующихся влиянием и обладающих всей полнотой власти. И хотя Пражская община дала на это свое согласие и подтвердила письменно, что в назначенный день пражане прибудут в Чешский Брод, однако господин и пресвитер Иоанн, находившийся в то время при войске у Моста, отсоветовал пражанам, сначала письменно, а потом, вернувшись, живым словом, собираться вместе с баронами, утверждая, что эти вышеназванные господа — предатели и неверные и неискренне преданы истине. По случаю этого в городе Праге произошло глубокое разделение. Именно: некоторым казалось, что так как уже раньше община пришла ко взаимному соглашению по вопросу о благополучии королевства, то такое соглашение с баронами возможно, а потому не следует откладывать намеченного собрания. Другие утверждали противоположное этому, говоря, что никакой не будет пользы собираться вместе с изменниками в назначенном месте и в установленный срок. При таких взаимных разногласиях было принято окончательное решение послать всего двух консулов и двоих представителей от общины, и не с полной властью, но только чтобы выслушать предложения баронов и собраться не в Броде, а в Колине; баронам же было указано место в Горах [Кутных]. Все произошло так, как только что было сказано. И когда пражане съехались с баронами в Горах, не имея полноты полномочий от общины, бароны не вступили с ними ни в какие переговоры, но направили в город Прагу господина Ульриха из Нового дома, по прозвищу Вавак, со многими рыцарями, убедить пражан, чтобы они прислали кого-нибудь облеченного всей полнотой полномочий, чтобы не распалось объединение баронов с рыцарями. Вышеупомянутый господин Ульрих и Садло всячески упрекали пресвитера, господина Иоанна, говоря, что не подобает вмешиваться в светские дела лицам духовным, после того как перед этим он проповедовал нечто противоположное. После многократного совместного обсуждения этого вопроса они вернулись в Горы с пражанами, взяв с собой Иоанна Пржибрама и Прокопа из Пльзеня. Собираясь почти ежедневно в течение более чем двух недель и много совещаясь по этим вопросам, они пришли лишь к такому решению. [Во-вторых], чтобы бароны отправили свое посольство к великому князю, т. е. Витольду[477], с извещением его о том, что они принимают его своим господином и королем в их королевстве и просят не отказать прибыть в королевство Богемское. Во-первых, чтобы как бароны, рыцари и вассалы, так и пражане с другими городами[478], примкнувшими к ним, двинули свое войско 18 сентября в Чешскому Броду, а оттуда куда найдут нужным господа из Праги. В-третьих, чтобы назначить господина Ульриха, по прозвищу Вавак, начальником монетного двора, чтобы, собирая там деньги, получаемые из горных рудников, он расходовал их на общее благо всей земли. Покончив с этим, они вернулись в свои владения в 4-й день сентября месяца; названный же господин Ульрих остался в Горах.
Этот владетельный господин через три недели умер от мучительного и смертельного нарыва. И не только один он заразился чумой, свирепствовавшей в Горах,— умерло от нее много и других знатных господ и рыцарей по возвращении в свои владения. Магистр же Ян Пржибрам стал ненавистен некоторым из общины Пражской за то, что вступил в соглашение с баронами, и, согласно общему решению, был отстранен и исключен из их совета.
И еще, в течение недели[479] после рождества благословенной девы Марии, когда пражское войско захватило города Хомутов и Кадань, капитаны их, боясь войска мейссенских тевтонцев, производивших завоевания поблизости от них, не дождавшись помощи от пражан, разломали стены города в нескольких местах, сожгли несколько домов и укрылись в городе Жатце и в соседних укреплениях к великому ущербу для самих себя и к позору пражан.
