И еще в том же году, что и выше, пражане, владея Горами, идут по направлению к Хрудиму и разбивают лагерь в ожидании Жижки с таборитами. Он после сожжения пикардов прибыл на следующий день после дня св. Марка[409], причем на пути своем сжег еще большое число храмов. На третий же день после дня св. Марка, в воскресенье, накануне дня св. Виталия, пражане вступили в переговоры с капитаном города Хрудима, господином Иоанном Местецким, чтобы он передал им в руки город без пролития крови. Но так как они не добились успеха, то на другой день, т. е. в день св. Виталия[410], войско пражан и таборитов обложило город осадой со всех сторон, подойдя до самых рвов. Увидя это, вышеназванный господин Иоанн, не имея силы отстоять свой город, вступил в соглашение с противником, перед лицом бога поклонился святым дарам тела Христова и стал униженно молить, чтобы простили ему, что он был врагом истины. Поблизости оттуда табориты сожгли или частично разрушили монастыри Пардидуб[411], Хотешиц[412] и Сеземице и много Других храмов. Овладев, таким образом, городом Хрудимом, они также без человеческих жертв захватили [Высоке] Мыто и Поличку, Трутнов, Двур [Кралове] — города со многими замками и также Литомышль[413], епископ которого обратился в бегство. Овладев всеми этими городами, они двинули войско свое на Яромерж, город, хорошо защищенный от врагов и наилучшим образом обеспеченный вооруженной стражей. Подойдя к этому городу и окружив его кольцом осады на 3-й день[414] праздника после праздника Троицы, они пошли на него приступом и сейчас же, в тот же самый день, заняли рвы до самых стен, однако не без значительного урона для своих.
Жители города, видя, что они не смогут устоять, стали сердечно умолять их, чтобы они даровали им жизнь и позволили мирно уйти невредимыми. Когда они дали такое обещание, им в 5-й день недели было разрешено вступить в город. Тогда они раздели всех мужчин и женщин до рубашки и, выведя их из города, многих потопили, другие были на полях сожжены разбойными людьми. Священников же, не пожелавших принять четыре пражские статьи, они сожгли на следующий день. В живых осталось только трое, признавших эти статьи. Капитан же города, господин Червеногорский[415], был взят в плен, привезен в Прагу, посажен в ратушу в заключение. В завоевании этого города участвовало много баронов королевства Богемского, именно: Крушина, Гинек и Иоанн Бочеки, Местецкий и Ченек из Весели, который пришел со многими сотнями конных и пеших людей. Там же на полях перед Яромержем он преклонил колена перед пречистыми святыми дарами на алтаре — причем и другие, с другой стороны, преклонили колена, и, произнеся краткую покаянную молитву, все встали. Итак, пресвитер господин Иоанн, начальник войска, сказал господину Ченеку: «Господин Ченек, сознаешь ли ты здесь, что согрешил против бога и этой Пражской общины, тем что ушел из града Пражского и передался на сторону короля?» И тот ответил: «Сознаю!» И тогда господин Иоанн сказал:
«Просишь ли ты прощения у господа бога и у этой общины?» И тот ответил: «Прошу!» И сейчас же господин Иоанн заключил соглашение между господином Ченеком и примкнувшими к нему баронами, с одной стороны, и Пражской общиной, с другой стороны, однако с тем условием, чтобы он приехал в Прагу, где соглашение будет окончательно утверждено. Так и произошло, и в праздник тела Христова[416] господин Ченек прибыл в Прагу и там окончательно примирился с Пражской общиной, и знамя его, вывешенное когда-то разорванным в центре города, было теперь окончательно снято.
