И еще, на том же сейме по предложению господина Конрада, архиепископа Пражского, был оповещен и объявлен общий съезд духовенства его епархии в городе Праге, в праздник св. Прокопа, с тем чтобы на этот съезд могли прийти как клир враждебный, так и дружественный, как из Моравии, так и из Богемии для обсуждения средств к установлению в клире мира, единства и закона божия. Чтобы содействовать осуществлению этого съезда, пражане обещали предоставить надежную охрану всем на него приезжающим.
И в то время, когда происходил этот сейм, князья силезские примерно с 20 тысячами воинов вторглись в королевство Богемское со стороны Полины, Находа и Трутнова и бесчеловечно убили множество людей того и другого пола и у сорока почти детей отрубили по правой ноге и левой руке или по левой ноге и правой руке, а некоторым к тому же еще отрезали и носы. Поэтому на том же сейме баронами было принято решение, чтобы все господа и рыцари со своими крестьянами из той округи, а также с общиной города Градца приготовились [к походу] ко дню св. Вита[450] и собрались бы в Находе. Услыхав об этом, силезцы отступили из Богемской земли. Тем не менее, согласно предписанию, на указанном месте собралось много тысяч баронов, рыцарей и крестьян. Вследствие этого трепет и страх объял силезцев, и они послали письмо, что хотят заключить с богемцами мирный договор. По этой причине господин Ченек с Крушиной не разрешили больше своим людям устремляться против Силезии, на основании чего предводитель жителей Градца, пресвитер и плебан Амвросий, возбудил против них народ, и если бы бароны не поторопились уйти оттуда, то были бы бесславно перебиты крестьянами или замолочены их крестьянскими цепами. Однако через некоторое время все успокоились и разошлись по домам. Пресвитер же Амвросий пришел накануне[451] дня св. Иоанна в Прагу и с ожесточением выступил против Ченека, чтобы ему не доверяли, [говоря], что они захватили бы всю Силезию, если бы упомянутый господин Ченек не приказал своим людям отступить. И еще предъявил он много других постыдных обвинений. Но с соизволения божия в это время прибыл в Прагу господин Гинек Крушина и с достаточной убедительностью доказал невиновность господина Ченека и баронов.
Таким образом, в народе произошел раскол: одни говорили, что прав этот, другие — что тот.
Ниже следует ответ венгерского короля на статьи, представленные ему общинами Богемского королевства. Он был изложен в следующих словах[452].
