– Выпей чай и успокойся! – протянула чашку кухарка.
– Как вы здесь оказались? Вы уже знаете, что случилось? – кинулась я к ней.
Миссис Роза согласно кивнула.
– Они успели или дуэль состоялась?
– Этого я не знаю, но думаю, все будет хорошо, – пей чай, напиток придаст тебе сил. А почему ты мне не сказала, что Роберт ведет себя неприлично?
– Мне было стыдно, – отхлебнув обжигающий напиток, вымолвила я, – что вы можете обо мне подумать плохо.
– Глупенькая, – погладила меня по голове миссис Роза, – это не ты плохая, просто некоторые молодые люди привыкли, что со слугами можно обращаться, как с вещами. Хочу – возьму, будет моей, надоест – выброшу.
Внизу хлопнула входная дверь, послышался шум и голоса.
– Я пойду, не хорошо, если герцогиня меня застанет здесь, – сказала миссис Роза и бесшумно выскользнула в дверь.
Я подошла к двери и стала прислушиваться. Разобрать слова никак не удается.
Голоса стихли, и снова наступила тишина. Даже слуги уже все знают, а я в неведении. Я присела на край большого стульчика с высокой спинкой и стала терпеливо ждать, допивая чай. Сколько времени прошло, я не знаю, но мой взгляд был прикован к двери. Наконец она отворилась и на пороге появилась раскрасневшаяся леди Генриэтта. Я вскочила со стула, хотела броситься к ней, но осталась стоять на месте. В ее взгляде было волнение, и даже недовольство. А действительно, чему радоваться? Ее единственный сын, наследник, дрался на дуэли с другом из-за простой гувернантки. Сейчас меня точно уволят. Что дальше делать, я не знаю. Чем зарабатывать на жизнь. Но самое печальное, меня разлучат с любимым человеком. А жив ли он еще? Жив ли Норман? Герцогиня молчит, только хмурит брови и ходит по комнате, точно так же, как, перед этим, ходила я. Забившись в уголок, я тихонько стояла. Хотя внутри у меня все бурлило и кричало. Я хотела знать ответ на один вопрос. С Норманом все в порядке? А там будь, что будет. Уволят, так тому и бывать. Наконец герцогиня остановилась.
– Присядь, Анна, нам предстоит долгий разговор, – сказала она, указывая на стул, с которого я подскочила.
Я послушно села и посмотрела на герцогиню. Передо мной стояла величественная женщина. Высокая, стройная, красивая и такая сильная, раз может так хранить самообладание.
– Я хочу принести тебе извинения за поведение сэра Роберта, – начала герцогиня, – этот молодой человек вел себя неподобающим образом. С ним у меня еще предстоит особый разговор.
Что я слышу? Не могу поверить, уже второй раз герцогиня извиняется передо мной. Леди Генриэтта поистине святая женщина.
– Ты могла заметить, что никто из членов моей семьи не позволяет ничего лишнего в отношении женщин, – продолжала герцогиня, – даже, если эти женщины – служанки.
Зачем леди Генриэтта так много говорит о Роберте, извиняется, а о главном молчит.
– Сэр Норман жив? – слова словно вырвались из глубины души.
Герцогиня оборвала фразу и удивленно посмотрела на меня.
– С Норманом все хорошо, у него ни царапины. Роберт тоже жив, но у него небольшое ранение в плечо. Так что все обошлось.
Напряжение отступило, словно груз упал с плеч. Я с облегчением откинулась на спинку стула. Герцогиня внимательно продолжала смотреть на меня, и на ее лице можно было прочесть удивление и заинтересованность. Но мне было все равно. С Норманом все в порядке и значит – жизнь прекрасна.
– Норман поступил, как настоящий мужчина и джентльмен, – продолжила герцогиня, – я не заметила, как мальчик вырос. Я очень горда тем, что мой сын вступился за честь дамы. Все-таки, мы с отцом воспитали его правильно.
– Вы не сердитесь, что из-за меня сэр Норман рисковал жизнью? Я чувствую себя очень неловко, – робко проговорила я.
– Моя дорогая, конечно, не сержусь. Твоей вины в случившемся – нет. Эти юнцы, словно петухи, распушать хвосты и дерутся, не думая о последствиях. А нам, женщинам, остается только волноваться и надеяться, что все закончится, как в этот раз. А что касается неловкости, то я тоже себя так чувствовала после первой дуэли, произошедшей из-за меня, – улыбнулась леди Генриэтта и ее глаза задорно сверкнули, – я думаю, что из-за такой красивой девушки, как ты, в будущем случится не одна дуэль.
– Что вы такое говорите, леди Генриэтта, – смущенно покраснела я.
– Милочка, ты смотрела на себя в зеркало? Честно говоря, я не удивляюсь такому поведению Роберта, на его месте так бы поступили многие мужчины из тех, что я знаю. За последние месяцы ты похорошела и расцвела.
Я залилась краской и смущенно уставилась в пол.
– Я вижу, ты сильно перенервничала, иди отдыхай. Я скажу Кэтти, что занятий сегодня не будет. Дочка расстроится, но ничего – переживет. Может, после обеда, сходите подышать свежим воздухом, проведаете своих любимцев на конюшне.
