Дни пролетали незаметно. Каждый последующий день я все дольше времени проводила перед зеркалом, прихорашиваясь для любимого человека. Утром непременно за завтраком, мы виделись, говорили на отвлеченные темы, ведь за столом присутствовали герцогиня и Кэтти. Но мне кажется, глаза говорили за нас. Стоило Норману взглянуть на меня, как мурашки пробегали по моей спине. Занятия с Кэтти мне приносили радость, она такая любознательная. А какие были глаза у герцогини, когда она узнала, что мы знакомимся с латынью. Леди Генриэтта сказала, что следует поднять мне жалование, так как Кэтти «эксплуатирует меня в полную силу». После занятий мы с Кэтти обязательно отправлялись на конюшню к нашим любимицам. Несколько раз Норман сопровождал нас. Остаться наедине нам не удавалось, Кэтти и конюх всегда были рядом. Но мне приятно просто смотреть на сильного молодого человека. Моего любимого молодого человека. Просто с ним разговаривать. Наблюдать, как он общается с сестрой. Норман украдкой оберегает и заботится о Кэтти, но, в то же время, разговаривает с ней на равных. Прогулка выматывала нас, мы усталые, голодные, но счастливые влетали на кухню к миссис Розе и уплетали вкусные лакомства, приготовленные на столе, специально для нас. Я с нетерпением ждала вечера. После ужина Норман ждал меня в библиотеке. Встретить там кого-нибудь из домочадцев мы не боялись, так как знали, что прислуга книгами не интересуется, а леди Генриэтта и Кэтти в такой поздний час уже спят. Это были незабываемые вечера. Вечера полные нежности и тепла, любви и ласки. Мы уютно устраивались на диване, Норман обнимал меня, и мы беседовали. Мы говорили о путешествиях, о книгах, о лошадях, о любви. Норман целовал меня то нежно, то страстно, так, что голова кружилась, и я чувствовала себя на седьмом небе от счастья. Мне ужасно не хотелось, чтобы Норман уезжал. Хотя я прекрасно понимаю, что служба есть служба.
День отъезда наступил. Хотя отъезд Норман планировал после обеда, экипаж закладывали уже с утра. Герцогиня за завтраком давала наставления, но, было видно, что Норман не особенно слушает маму. Изредка он поглядывал на меня и в его глазах на миг вспыхивали задорные огоньки. Вчера вечером, в библиотеке, Норман был особенно нежным со мной, все время шутил, говорил, что мои грустные глаза не дают ему покоя. А он хочет, чтобы я радовалась жизни, веселилась. Но как я могу веселиться, если мой любимый уезжает месяца на два. Конечно, мне очень хорошо живется в доме леди Генриэтты. Но когда я обрела любовь, взаимную любовь, жизнь стала еще прекраснее. А теперь Норман уезжает, а я остаюсь совсем одна. Хотя почему же одна? Леди Генриэтта, миссис Роза, Марта – в доме много народу с кем можно пообщаться. А Кэтти? Моя милая Кэтти! Чего только стоит этот маленький ураган! Вот кто уж точно не даст скучать. Кэтти заждалась, нужно идти на занятие. А мне так хочется побыть еще в гостиной, послушать, что говорит Норман. Но нельзя, нужно идти, а то еще герцогиня начнет спрашивать, почему это я не иду заниматься с дочкой. Я поднялась и, поклонившись, вышла.
Кэтти уже была в комнате для занятий. Девочка всегда приходила раньше и что-нибудь рассматривала или рисовала. Уроки с миссис Розой не проходят даром, Кэтти действительно стала лучше рисовать, научилась правильно смешивать краски. Вот и сейчас малышка дорисовывала весенний пейзаж.
– Что рисуешь? – я склонилась над девочкой.
– Этот шедевр будет называться «Расцветает весна», – сказала девочка, поставила кисти в баночку с водой и отложила рисунок.
– Уже хочется, чтобы поскорее наступила весна, – сказала я, присаживаясь за стол.
– Весной очень красиво, особенно, когда цветут вишни, но погода еще прохладная, а хочется уже надеть легкие платья, – ответила Кэтти, – а еще хочется, кататься на Снежинке по лугу.
– Интересными будут наши прогулки, – сказала я.
– Почему интересными? – переспросила Кэтти.
– Что интересными? – в свою очередь, спросила я, потеряв нить разговора, отвлекшись на шум, раздавшийся за окном.
– Вы говорили о прогулках.
– Да. Да. Прогулки, скорее всего, будут интересными. Сама посуди. Ты умеешь ездить, даже немного галопом, а я еле-еле сижу в седле.
– Не наговаривайте на себя, мисс Анна. Если бы я не видела, как вы ездите, то может быть, я бы и поверила вам, а так…, – девочка покачала головой.
Дверь открылась, и вошел Норман.
– Я думала, ты уехал и не простился со мной, – закусила губу Кэтти.
– Как же я мог уехать и не проститься с моей любимой сестренкой.
Норман обнял Кэтти, а она вскарабкалась ему на руки. Юноша схватил девочку и закружил, держа ее в объятиях, чем вызвал взрыв смеха у юной баловницы.
– Кэтти, обещай мне, что в мое отсутствие ты позаботишься о мисс Анне, а то она, посмотри, – Норман повернул девочку ко мне и поставил на пол, – выглядит уставшей. Так что не занимайтесь много, лучше осваивайте верховую езду.
– Мы с мисс Анной только что об этом и говорили.
– Кэтти я приготовил тебе маленький подарок, – сказал Норман, а девочка захлопала в ладоши, – но оставил его в гостиной. Ну, ничего потом посмотришь.
