«Дело на вершине горы все более и более усиливалось, и на многих пунктах действовали штыками. Густота леса не позволяла различить в нескольких шагах своих от неприятелей; недоверие увеличивалось еще тем, что англичане и часть русских имели одинаковую красную одежду[201]. Тогда ла Грандьер[202], признав необходимым сосредоточить наши силы на вершине горы, послал своего адъютанта остановить слишком вышедший вперед отряд. Адъютант сейчас заметил, что окружающие его стреляют по красной одежде, и, испугавшись ужасной ошибки, приказал прекратить огонь. Не стреляйте, мы союзники, ответил неприятельский офицер[203]. По выговору адъютант узнал, что это неприятель, и приказал ударить в штыки, а сам пал, смертельно раненный тремя пулями.
Было около девяти часов с половиной. Бой продолжался также беспорядочно. Начальники союзных сил не в состоянии были дать им одно общее направление. Русские получали беспрестанные подкрепления из города и с батарей и скоро заняли место на северной стороне горы».
Лейтенант французской морскойпехоты в парадной форме
Губернатор бросил свой последний резерв – 30 человек под командованием капитана 1-го ранга Александра Арбузова[204] и равносильный отряд лейтенанта Иосифа Скандракова.
Впрочем, по свидетельству очевидцев, им не пришлось принять участие в решающем бою. Произошло то, что потом некоторые называли «Петропавловским чудом» – настолько неожиданным оно было для обеих сторон.
Отчаянный штыковой удар русских отрядов, которым, как это часто бывало в нашей истории, отступать было просто некуда, оказался настолько сильным, что у союзников возникло ощущение подхода подкреплений из России. Неприятель дрогнул и начал отход, превратившийся постепенно в бегство. Немало неприятельских солдат и матросов погибло при штыковой атаке и при падении со скал.
Русские охотники, прекрасно знавшие окрестности, укрывались в кустарнике и в складках местности, прицельно выбивая британских и французских офицеров. Те всеми силами старались задержать десант, но безуспешно.
«И в самом деле, всякому военному покажется невероятным, что маленькие отряды в 30 и 40 человек, поднимаясь на высоты под самым жестоким оружейным огнем, осыпаемые ручными гранатами, успели сбить, сбросить и окончательно поразить тех англичан и французов, которые так славились своим умением делать вылазки. Нужно было видеть маневры лейтенанта Анкудинова, нужно было видеть мичмана Михайлова, нужно было видеть, как они вели свою горсть людей, чтобы понять ту степень бесстрашия, до которого может достигнуть русский офицер, воодушевленный прямым исполнением своего долга. Проходя со своею партией мимо князя Александра Максутова, которого несли в лазарет, лейтенант Анкудинов, считая его убитым, обращаясь к своим людям, сказал: “Ребята, смотрите, как нужно умирать герою”. И эти люди, идущие на смерть, приветствовали примерную смерть другого восторженными оглушительными “ура”, надеясь так, как и он, заслужить венец воина, павшего за Отечество», – писал Николай Фесун.
