— Я знаю, что мы должны сделать. Это просто зависть, наверное… Гарри через день пишет письма своей вейле и даже взялся за французский. Сам, что почти невероятно. Рон тоже пропадает на свиданиях. Клэр с Галахадом и так живут под одной крышей, им ещё проще. Невилл кругами ходит вокруг Луны, ждёт, пока она что-нибудь заметит уже… Карин вообще не дозвониться, гуляет целыми днями со своим Тимми или Томми — не запомнила, как его зовут.
— Тейлор? В самом деле? — маг даже обернулся на ходу, подарив девушке полный сомнения взгляд.
— Да, я тоже думала, что это невозможно, — ответила ведьма вполне искренне. Её удивление от этой новости всё ещё и не думало исчезать. — По множеству причин сразу. Но она уверяет, что это любовь с первого взгляда.
— Понимаю. «Увлечение». Можно было ожидать, — а вот маг особенного шока не испытывал, быстро обнаружив причину такого поведения. — Он — обычный человек?
— Да. Они впервые встретились в библиотеке, заговорили о чём-то, Карин попросила номер, он согласился, а дальше всё как у всех. Обычный школьник, ничего о нас не знает, насколько я могу судить. Если так подумать, занятный должен быть опыт, — она даже прикрыла глаза ненадолго, в самом деле пытаясь представить себя на месте подруги, вообразить себе все детали таких отношений, — проводить время с человеком, который абсолютно не имеет представления о магии, зельях, палочках, а ведьм и колдунов считает исключительно вымышленными персонажами.
— По моему опыту, такое слишком быстро наскучивает. Кстати, мы уже пришли.
— Я вижу, — произнесла Грейнджер, глядя на промокшую полицейскую ленту, которой были огорожены обгоревшие руины дома. Голос ведьмы вновь стал почти безжизненным и мрачным, от возникшей ненадолго бодрости не осталось и следа. Как бы она не пыталась сама себя отвлечь разговором, это не помогло. — Ладно, чем быстрее закончим, тем лучше.
Отработанным движением палочки она разрезала несколько слоёв предупредительных лент и первой шагнула на почерневший и оплывший от жара бетон перед домом. Маг последовал за ней, сразу пытаясь сориентироваться в остатках разрушенных коридоров и определить, где раньше находилась гостиная на первом этаже. Обломки уже растаскивали, когда искали тела, там должно хватать места.
Насколько Гермионе было известно, Дэвид Грейнджер и его семья не приходились ей даже очень дальней роднёй, всего лишь однофамильцы, каких в городе множество. И тем не менее, оказаться на месте, где неделю назад эти люди сгорели заживо, стоять там, где, судя по обугленным обломкам, ещё недавно находилась просторная кухня уютного особняка большой семьи из приличного района, для неё всё ещё было жутко. Словно она находится посреди руин собственного дома, как в своих кошмарах. Ещё она пыталась давить голос совести и чувство вины, отказываться признавать, что имеет отношение к этим смертям. Волдеморт и его шайка всё равно бы убивали людей, это всегда было и до сих пор остаётся основной частью их тактики: запугать, довести до отчаяния, заставить своих жертв забыть о возможности сопротивления, вынудить сбежать или просто ждать своей неизбежной участи. Она не собиралась поддаваться на этот шантаж.
— …
Грейнджер создала над домом завесу от дождя ещё раньше, так что Кайнетт, как только обнаружил достаточно свободного места, просто наскоро высушил пол, а затем материализовал на почерневших досках уже нанесенный мелом магический круг. Эффективность ненастоящего вещества в качестве основы для направления энергии будет ниже, но для их целей этого вполне достаточно. Провести часы на месте недавнего преступления, вычерчивая глифы вручную, было слишком рискованно.
— Можем начинать, — коротко произнёс маг, увидев на пороге Грейнджер. Убрал мистический знак, выставил раскрытую ладонь перед собой и начал читать арию: —
Ведьма уже знала, что от неё требуется. Присела, протянув руки к внешнему краю круга и, как только пальцы коснулись проведенной мелом линии, тоже заученно начала повторять слова длинного заклинания, стараясь не отставать от Джеймса. Она сразу почувствовала, как магия начинает потоком вливаться в сложную фигуру на полу. Было больно, резко подскочила температура и, несмотря на это, руки быстро онемели, словно оказавшись в ледяной воде. Круг под её ладонями приобрел холодное белесое свечение, постепенно набирающее яркость, между линиями порой пробегали тусклые огни и небольшие молнии, возникшие из ниоткуда порывы зимнего ветра начали трепать волосы и полы одежды, расшвыривать во все стороны капли воды.
