— В самом учебнике оно используется, скорее, как «принцип», но в переводе, на мой взгляд, более правильным будет «начало», — ответил Кайнетт, приближаясь к столу и сгружая на него ещё несколько справочников. Уже третье руководство по магической терминологии Франции, несколько книг о принципах создания и подбора волшебных палочек, нашлась даже старая, изданная в начале 19 века, министерская брошюра об известных проблемах совместимости палочек и волшебников, а также основных способах их решения. Вдобавок у него в кармане плаща лежал обычный блокнот, куда маг записывал названия заинтересовавших его книг, просто встреченных по пути, но заняться которыми нужно будет позже. И список этот очень быстро рос.
— Думаешь? — засомневалась ведьма, пододвигая к себе черновик перевода. — По-моему, «правило» отражает суть лучше. Как «правило, по которому ты действуешь». Ну, либо «принцип» как внутреннее убеждение, когда говорят «у него есть принципы».
— Принципы сегодня есть, а завтра — уже нет. А этот «le principe» на протяжении всей жизни никуда от тебя не денется. «Правило» ближе, но это скорее категория морали или закона — что ты можешь или не можешь сделать, поступаешь «по правилам» или же нет. А вот «начало» — то, что определяет твои поступки, твои решения, даже особенности твоей магии, то есть начало всего, что ты делаешь. Ты можешь не осознавать этого, и многие волшебники даже не знают о его существовании, но его влияние на тебя происходит постоянно.
— Это немного пугающе звучит. Условие, которое определяет все твои поступки, хочешь ты этого или нет, — негромко произнесла Грейнджер, доставая свою палочку в знакомом чехле и беря её за оба конца, чтобы внимательно рассмотреть. Со стороны это могло бы выглядеть странно, но видеть их было практически некому.
В субботу утром на всю библиотеку нашлось бы от силы с полдюжины учеников, которые просто терялись в огромном зале с высокими стеллажами. Пора отчаянной подготовки к экзаменам, ликвидации завалов с домашней работой и эссе придёт позже, к тому же после пары первых учебных дней даже самые отчаянные книголюбы с Рейвенкло предпочли поспать подольше. Однако были и исключения. Во время завтрака, в выходной день неторопливого и уже не напоминающего постоянную драку хищников за самые вкусные куски, Арчибальд подошел к сидящей в одиночестве Грейнджер и предложил заняться работой над переводом, о которой они договорились в поезде. На что ведьма согласилась сразу, добавив, что чем раньше они закончат, тем лучше — дальше нагрузка и количество самостоятельной работы будет постоянно расти, так что времени на собственные проекты скоро почти не останется. Между делом маг отметил несколько заинтересованных и удивлённых взглядов от других учеников — должно быть непринужденное общение первокурсника Рейвенкло с третьекурсницей Гриффиндора выглядело необычно, либо во всём была виновата репутация Грейнджер, как совершенно невыносимой самоуверенной всезнайки, к которой лишний раз подойти страшно.
Первым делом в библиотеке Арчибальд быстро пролистал черновик перевода, в процессе отмечая моменты, которые придётся корректировать в первую очередь. В целом уровень был приемлемым, Грейнджер явно помогали с построением фраз и общей структурой текста, однако поле для редактирования ещё большое. Но если начать делать это сразу, возникли бы неизбежные вопросы, откуда он так хорошо разбирается в малознакомой теме, а потому для начала пришлось разыскать в лабиринте стеллажей несколько справочников по названиям и определениям магического сообщества Франции, а также учебников по теории и практике создания артефактов. После этого уже можно было с их помощью вносить правки в перевод, насколько возможно адаптируя его под знакомую Кайнетту терминологию и исправляя наиболее спорные места. Правда, из-за этого постоянно приходилось искать новые книги, подробно расписывающие тот или иной момент при создании и подборе этого мистического знака, вокруг которого здесь строится почти вся магия, и через три часа выбранный ими стол оказался изрядно завален разнообразными томами, некоторые из которых не извлекали на свет десятилетиями. Об этом явно свидетельствовали густые облака пыли, подсвеченные лучами солнца из узкого окна, их даже пару раз пришлось аккуратно разгонять магией.
