— Господин Бейрис, вы просто смеетесь надо мной, — не переиграть бы только, но Райшер вполне серьезно считал, что весь женский пол в возрасте от десяти до семидесяти от него без ума и не видел в моих словах ничего неестественного.
— Ри-ия, — еще раз протянул он над ухом, — я ведь серьезно говорю, а не шутки ради! Если хочешь, я могу с твоей тетушкой поговорить, чтобы отпустила тебя со мной погулять. Неужели тебе не хочется пройтись со мной в новом платье?
— А вы не будете меня стесняться? — гнула я свою линию, отметив, что у колодца стало наблюдаться подозрительное оживление.
— Да что ты? — вполне натурально удивился он, как это можно стесняться ему, такому красивому? — Как это можно стесняться красивую девушку? Это я гордиться должен, что ты со мной пойдешь рядом… ты же пойдешь со мной, Рия?
— Пойду, — выдохнула я, а чем еще можно было закончить этот сахарное соблазнение? Отказа он бы все равно не понял, а там видно будет, что к чему. — Погуляем… но недолго, — кокетливо повела плечом, — чтобы тетушка не волновалась зазря!
— Ну вот и прекрасно, — обрадовался Бейрис, подхватывая ведро с водой, — пойдем-ка, я тебя до твоего дома провожу!
Смотрелся он на пятерку, когда шел с ведром воды весь из себя в темнозеленом мундире с кучей позолоты и бляшек-нашивок с ножнами на боку, а я едва сдерживалась от смеха, представляя себе, как это смотрится со стороны, но ведро из протянутой руки приняла чуть ли не с поклоном, еще раз поглядела томно, вздохнула нарочито громко и закрыла за собой калитку. Ну-ка, и куда этот фрукт сейчас пойдет?
Как я и думала, фрукт поперся к колодцу, выискивать новую жертву или… источник информации. Если я права, то вечером мне предстоит рассказывать обо всех, кто живет на Колодезной улице, и больше всего его будут интересовать молодые женщины.
Занимаясь обычными делами, я то и дело сворачивалась мыслями на появление Райшера. Откуда вдруг он появился именно здесь? Что было причиной, случайность или закономерность? Где Райшер, там рядом жди Деннеля или кого-нибудь из той троицы, которые собирались прикончить меня еще в тумане… да и наверняка они не одиноки в своих стремлениях! Нет, нельзя прятать голову под крыло и считать, что если меня никто не знает в лицо, то я в полной безопасности. Не будет Крайдена рядом, значит, буду отбиваться одна. Или делать ноги отсюда… кстати, неплохо бы посмотреть наличие второго выхода из дома, возможности удрать от нежеланных посетителей и прочие пути отхода. Кто предупрежден, тот вооружен.
До вечера я еще раз сходила на колодец и услышала от рябой Диты потрясающую новость, которую она самозабвенно понесла по всей улице — утренний красавец пригласил на прогулку вечером не только меня, но и признанную местную Мэрилин, а именно блондинку Нисту, которая шагу не могла ступить без того, чтобы не построить глазки любым штанам. Известие это Дита донесла, аж подпрыгивая на месте и заглядывая в глаза. Мол, все видели, что я разговаривала с этим аристократом, а вот Нисту он все равно предпочел мне. Сделав огорченный вид, я пошла к дому Уты, соображая, чем это может мне грозить. Получалось, что всем — в лучшем случае я успею переночевать, в худшем придется делать ноги этим вечером. Наверняка болтливая девица расскажет Райшеру о моем недавнем появлении здесь, а он сложит два и два моментально, поскольку на патологического идиота совершенно не похож.
Тетушка Ута восприняла все происходящее со своей, женской, точки зрения, так как в дебри большой политики никогда не лезла и в появлении богатого красавца в захолустном углу видела лишь перст судьбы.
— Рия, это не просто так завернул сюда такой очаровательный молодой мужчина, помяни мое слово, — суетилась она на кухне, поднимая крышку здоровенного сундука, — ты еще молода и не должна проводить свои дни рядом с моей постелью, сама Айди привела его к нашему колодцу!
По этому поводу я была готова поспорить, поскольку была диаметрально противоположного мнения касаемо вмешательства созидающего начала женского полу. Если уж эта самая Айди хотела бы помочь, то ей надо было прислать сюда кое-кого другого или на худой конец подсказать путь к нему, но… высказывать подобные мысли было по меньшей мере неразумно и я только поддакивала Уте, помогая перебирать залежи одежды. Свое платье я отказалась надевать наотрез, приводя миллион причин, настоящей же была только одна — если уж я разглядела в том магическом тумане цвета камзолов-мундиров и прочую атрибутику, то и цвет, а, возможно, и фасон платья кто-нибудь тоже мог запомнить. Тетушка повздыхала, подозревая в отказах что-то свое, но твердо решила подмогнуть мне в захомутании Райшера и потому яростно рылась в своих богатствах, прикидывая, во что можно меня облачить.
