-- Я и сам много ломал над этим голову. Могу предположить два объяснения. Или юноши, попав из своих деревень в столицу, вдали от родных и привычного окружения, меняются в худшую сторону, ибо те, перед кем они стыдились дурного, остались дома, или же их рекомендатели не замечали в них дурных черт, которые опять же больше видны здесь, чем были видны дома.
-- Хорошо, Кондор, а можешь сформулировать суть этого дурного? -- спросил Асеро. -- В чём оно состоит? Тогда, может быть, дело понятнее станет.
Кондор несколько замялся:
-- Да вроде, на первый взгляд, ничего серьёзного. Ну, сплетничают, ну обсуждают тебя государь...
-- А что во мне такого обсуждать можно?
-- Государь, некоторые считают, что ты ведёшь себя не совсем как мужчина. А ведь государь должен быть даже более мужчина, чем в среднем.
-- Вот те раз! Что же не так с моей мужественностью? Разве я когда-нибудь позорно струсил? Или проявил безволие? Или наплевал на долг? Или не сдержал слова? Или... ну в чём меня вообще можно упрекнуть?!
-- Ни в чём из того, что ты перечислил. Но ведь они наблюдая твою жизнь, видели, что ты живёшь только с одной женой и никогда не проявлял интереса к посторонним женщинам.
-- А что тут такого? Одной женой обходится большинство тавантисуйцев, а в христианском мире больше одной жены вообще нельзя по закону.
-- Но в христианском мире богатый человек обычно... Ну, ты понимаешь.
-- Наставляет рога мужьям и губит девиц?
-- Да...
-- Неужели они хотят, чтобы я вёл себя так?
-- Ну, некоторые считают, что если мужчина так себя не ведёт, то у него что-то не в порядке с мужеской силой, -- щёки Кондора налились румянцем. -- Ты знаешь, государь, я девственник и хочу остаться им до конца своих дней, не желаю променять службу у тебя на объятья самой лучшей из женщин. Ведь женатому мне было бы невозможно исполнять свои обязанности столь же усердно. И потому я не очень понимаю во всём этом....
Асеро считал такую заморочку Кондора неправильной в конце концов, и хорошая жена никому не помешает, можно даже во дворце поселить, но сейчас явно не время спорить на эту тему, и потому продолжил:
-- Ну ладно, а ещё за что они меня осуждают?
-- Не серчай, государь, но ведь ты иногда делаешь ту работу, которая женской считается. Ведь можешь и полы помыть, и еду приготовить, и с детьми нянчишься... В общем, женскую работу делаешь.
-- А то они в казарме полы не моют!
-- Моют, но это пока служат, а у тебя жена есть.
-- Но жене не всегда сподручно. Да и вообще, какая доблесть в том, чтобы всю работу по дому на женщин переваливать? Просто мужчине чаще некогда этим заниматься, но раз мне жена помогает мои обязанности исполнять, документы и статьи за мной вычитывает, то почему мне зазорно ей с её обязанностями помогать справляться? Или они считают, что женщина должна всем и всё, а мужчина никому и ничего?
-- Я ни в чём не упрекаю тебя, государь! Но они видят в этом что-то такое... что-то позорное. И ведь на это никакого отбора нет, этого никто не проверял! И как с этим быть, не знаю. Я, конечно, провожу беседы, стараюсь быть с такими болтунами построже, но сами понимаете, что они уже не дети и изменить их мировоззрение тяжело.
-- Мда... -- сказал молчавший до того Горный Ветер, -- такие вещи и в самом деле никто не проверял, в голову ведь не придёт проверять на это! И перепроверить такое как, вслух-то они будут отрицать, что тебя за это не уважают, в лучшем случае скажут, что мужчине женские работы исполнять не подобает. И к чему тут придраться?
Асеро сказал:
-- Ладно, Кондор, угощайся, мы-то с Горным Ветром уже отдали должное снеди, а ты и не притронулся. Проблему ты обозначил, а как уж её решить, тут думать надо не один день. Прежде всего, надо понять, специально ли такие по рекомендации попадают, или это общее поветрие среди нынешней молодёжи. Вот в годы моей юности шли войны, и как-то не было вопросов, кто мужчина, а кто нет. Если ты воевал добровольцем и тем более отличился в боях, то кто в здравом уме подвергнет сомнению твою мужественность? А не знающая войны и настоящих трудностей молодёжь как раз будет доказывать себе свою мужественность через вот такие глупости, как сомнительные поступки в половой сфере или показную брезгливость к женской работе.
-- Это ты исходишь из того, что вся молодёжь такая, а не тебе таких подбирают.
-- Брось, Горный Ветер, как-то подбирать юношей в охрану по этому признаку... Это как-то глупо.
-- Почём знать. Во всём, что с тобой связано, лучше перебдеть. Вот Кондор, ведь так получилось, что некоторые охранники из твоего айлью, и всего на пять лет моложе. Вот про них можешь рассказать поподробнее?
Видимо, Горному Ветру уже надоело это предисловие, и он решил перейти к прямому допросу, пусть и замаскированному под дружеский разговор. Кондор ответил: