Вот я болван. Нашел на ком свои знания применять. Да он уже забыл больше, чем я выучил.
— К сожалению… — развел я руками. — Вы все правильно сказали, но немного ошиблись. Я собираюсь в Пустошь не ради очаровательных глаз Кристины, а потому что так велит мне мой гонор. Каким я буду правителем, если оставлю в беде доверившуюся мне девушку? Даже если не вспоминать о ее отце, которому я пообещал спасти дочь. Репутация для правителя вещь важнее, чем наличие денег и войска. Подумайте сами, сколько у меня останется друзей, и сколько захочет стать союзниками, если за моими плечами будут шептать: «Это тот самый, бросивший на произвол судьбы невесту. Отдал ее на поругание, потому что побоялся за собственную жизнь. И это в то время, когда даже его друзья готовы были рисковать собственным...» А теперь скажите, что я не прав? И что моя затея — юношеские капризы, а не важное дело, в чем-то даже государственного уровня.
Мэтр неторопливо пригладил бороду и кивнул.
— Что ж… И я снова в тебе не ошибся. Рад. Ты все обдумал правильно. А, раз так, то не будем тратить время. Как говорится: скорее начнешь — быстрее закончишь. Ваше величество готовы навестить мэтра Клеопетруса?
— Да уж… — я с сожалением посмотрел на недоеденные блюда и махнул рукой. — Давайте…
Архимаг молча очертил руками круг, активируя портал, а затем сделал пригласительный жест.
— После вас, ваше величество.
Угу… Обходительный какой. Почаще бы вспоминали до того, как вваливаться без спросу.
Клеопетрус встретил нас в домашних одеждах. Наверное, тоже собирался обедать. Маги дружески пожали друг другу руки. Мне метр отвесил легкий поклон.
— Рад видеть вас у себя, ваше величество. Я так понимаю, вы за Сферой?
— Вот именно, — ответил за меня Игнациус. — Что с ней не так?
— Нестабильная. Не могу понять, что происходит, но такое впечатление, что внутри нее протекают какие-то незавершенные процессы. Вот. Сам посмотри…
Городской маг сделал хитроумный жест, и на ладони у него возник серовато-жемчужный шар. На первый взгляд совершенно холодный и безжизненный. Но достаточно было вглядеться в него немного дольше, как в глубине сферы проявлялось небольшое, темное пятнышко. Которое пульсировало, как крохотное сердце.
— Вижу, — кивнул Архимаг. — И это проблема… Ваше величество, мэтр Клеопетрус совершенно прав. Вы не можете взять ее с собой. И тем более воспользоваться в анклаве Темных магов. Сфера заражена тьмой. И чтобы ее очистить, необходима долгая и кропотливая процедура. Ни за один день, ни даже за неделю, не управиться. Так что решайте сами… Либо откладывайте экспедицию, либо отправляйтесь без нее. Мне очень жаль, но…
— Ничего, — вздохнул я, с трудом скрывая досаду, потому что уже мысленно представлял, как воспользовавшись Сферой, удивлю Фердинанда. — Это всего лишь одна вещь из всего арсенала, который я беру с собой. Жаль, но не трагически. Ну, и если так, то не вижу больше никаких причин задерживаться. Надеюсь, Мэтью уже тоже обо всем с Олесей договорился. Мэтр Игнациус, возвращаемся.
Ничего из того, что подсказывало воображение. Темная Пустошь виделась мне эдакой безграничной, выгоревшей степью, над которой, едва не касаясь стерни, клубятся тяжелые черные тучи. Внутри которых, то и дело вырываясь наружу, посверкивают молнии. Грома не слышно, но он где-то рядом, вот-вот ударит. И это ожидание, эта угроза, вместе со всем остальным, ложится на плечи реально ощутимым, свинцовым бременем. Вынуждая сгорбиться, скукожиться и вжать голову в плечи.
На самом деле место, куда совместными усилиями отправили нас мэтр Игнациус и метреса Корнелия, оказалось большим и довольно просторным помещением. Более всего похожим на бальный зал, какими их строили в дворянских гнездах. Только невероятно заброшенным. Такое впечатление, что здесь не убирались со дня постройки. Куда ни глянь — везде следы запустения. По углам, как мох на скалах, целые гроздья паутины, а пыль на полу лежала таким толстым слоем, что могла служить настоящим ковром. А еще в помещении не было ни одного окна. Только три двери, по одной на каждую стену. Четвертая, спиной к которой мы стояли, была совершенно глухая. Словно намекала, что обратного пути нет. И выйти отсюда будет гораздо труднее, чем войти.
— Как тут мерзко… — передернула плечиками Леонидия, невольно передвигая поудобнее саблю.
— Да и черт с ним, — дернул головой Мэтью. — Нам здесь не жить. Мне интереснее: что это? Потому что на пустошь ничуть не похоже.
— Да, — согласился я. — Скорее, прихожая.
— Прихожая? — удивленно переспросил маг.
— А почему нет? Не думал же ты, что Темные маги бродят здесь по пустыне, как призраки по кладбищу? Конечно, они позаботились о каком-то доме.
— Вот только, судя по пыли… — амазонка провела рукояткой копья по полу, прочерчивая глубокую борозду. — Здесь лет стонадцать никто не живет.
— Даже не представляю себе, какое по размерам должно быть все строение, если это только прихожая. И на какую тучу народа было рассчитано. А главное — куда все делись?
