— Делается… — Мэтью достал из сумки какую-то бумагу, развернул ее и махнул в направлении циклопа.
Какое-то мгновение не происходило ничего, а потом здоровяк удивленно хмыкнул и стал приподниматься над землей.
— Я же говорил: «Замедлить»
— Ты сказал: «как тогда…» — ответил маг. — Тогда мы голема над полом приподнимали.
— Черт с тобой… — не стал я возражать и тратить время. Молнией метнулся к циклопу, растерянно перебирающему в воздухе ногами, и дал волю Неутомимому. Меч только и ждал этого. Приступил к работе так, что я едва справлялся, чтобы удержать в руке.
Два или три удара циклоп пропустил равнодушно, вероятно и почувствовать не успел, а потом, когда понял, начал старательно отмахиваться. Его палица была такой большой и тяжелой, что ему и целиться не было нужды. Махал, как косой в жатву. Здесь-то помощь кольца и пригодилась. Иначе я бы никак не успевал одновременно и великана рубить, и уклоняться.
Так мы с ним «плясали» около минуты… Потом я отскочил назад и деактивировал кольцо. Не знать, что нас еще ждет впереди, так что силы лучше поберечь. Да и действие магии завершилось. Циклоп опустился на землю и взревел от боли. Неутомимый не зря «ел свой хлеб» — ноги циклопа были так беспощадно изрублены в нескольких местах, что стоять на них он уже не мог и опустился на колени. Колени меч тоже несколько раз задел, так что великан снова не сдержался и громко заревел. От боли или от ярости, но рот широко разинул.
И в этот раз свой шанс не упустила Леонидия. Бронебойная стрела, пущенная искусной рукой, влетела великану в рот, пробивая небо и впиваясь в мозг. Циклоп заревел еще раз и упал ниц, поперек дороги. Только пальцами еще заскреб, выдергивая из почвы куски кирпича.
– И что дальше? — покачал головой во все стороны Мэтью. — Какие еще сюрпризы будут?
— Классика жанра требует кладбище, — буркнул я, приглядываясь к клубящемуся в нескольких десятках метров впереди туману.
— Почему именно кладбище? — заинтересовался Прудик.
— Странно, что тебе — магу, надо это объяснять, — пожал плечами я. — Мы где? В оплоте темных чародеев. А где самая большая концентрация темной силы? Правильно — на оскверненном кладбище. Где потревожили покой мертвецов.
— Тьфу на тебя, — сплюнул парень. — Может, без покойников как-нибудь?
— Не получится, — отозвалась Леонидия, указывая направление. — Вот... Все, как Коля говорит.
Туман в это время стал немного прозрачнее, и уже можно было разглядеть, что дорога ведет к кладбищу. Да еще и не в обход, а прямиком в перекошенные, ржавые ворота, а дальше — толстой змеей извивается среди обветшалых склепов, перекошенных крестов и разрытых могил. Вплоть до небольшой часовни. Следует ли дальше, или там и заканчивается — пока не понятно, туман все же не настолько прозрачный. Но и того, что придется идти туда, достаточно, чтобы почувствовать, как шевелятся волосы на затылке.
Кладбище, место последнего приюта каждого живого существа — даже тихое и ухоженное, не то место, где человека охватывает хорошее настроение и ощущается прилив сил, а вот такое: оскверненное, заброшенное — и подавно вызывает только чувство неловкости и… стыда. Как будто твоя вина, что те, кому был обещан вечный покой, не смогли найти его даже после смерти.
— Может, обойдем? — неуверенно предложил Мэтью.
Ответом ему стал громкое завывание, какого-то голодного и свирепого чудовища, притаившегося где-то неподалеку. Невидимого в тумане. И любое желание сойти с дороги сразу исчезло. Какая бы опасность не ожидала нас на кладбище — то, что подстерегает за оградой, несомненно, куда опаснее.
— Кто молитву знает? — поинтересовался я. Ибо совсем не был уверен, что те, которым бабушка учила меня в детстве, сработает и в другом мире.
— Молитву? — недоуменно посмотрели на меня друзья.
— Заклинание умиротворения… — поправился я.
— А, — кивнул Мэтью. — Учили такое… Думаешь, надо?
— Приготовь, а там увидим…
— Хорошо… Только оно одноразовое. Повторить не получится.
— Тогда придержи на крайний случай…
— Ты что-то чувствуешь? Интуиция?
— Ну… по той же классике жанра нас должны встретить как минимум скелеты…
Переговариваясь так, мы подошли к воротам кладбища и ступили на его территорию.
Интуиция и классика не подвели. Как только мы пересекли какую-то невидимую линию, отделявшую кладбище от остальной окраины, сразу в нескольких десятках мест земля зашевелилась. Как на могилах, так и между ними. А потом оттуда показались костлявые руки и голые черепа.
— Не давайте им вылезть! Рубите, пока они еще безопасны! — воскликнул я, выхватывая меч и бросаясь к ближайшему скелету.
— Бейте по черепам! — воскликнул и Мэтью. — Там сосредоточена магия, оживляющая их! Видите, как в глазах огонь горит? Погаснет — скелет рассыплется!
