Ну, ладно… В любом случае, пока не появится хоть кто-то, с кем можно поговорить, переливать из пустого в пустое, дело бесполезное. Лучше еще немного вздремнуть. Если у меня сотрясение, то покой и сон — лучшее лекарство. А мне, при любых вариантах развития событий, следует держать себя в форме. Да и время во сне быстрее проходит.
Скамья твердая, а все же не холодный каменный пол. Так что можно не капризничать. Улегся, пристроил под голову кулак и не заметил, как снова уснул.
Что именно снилось и как долго спал, не знаю, однако, когда открыл глаза, то в окошечке уже смеркалось. Соответственно и в камере сделалось гораздо темнее. Но какая разница? Мне ведь не газету читать. А вот поесть не повредит. Сон, как и ожидалось, подлечил организм, и тот напомнил о себе громким ворчанием.
— Не шуми, — шикнул я на него. — Что-то там на столе было. Сейчас закину в топку…
Однако, прежде чем я встал, за дверью послышались тяжелые шаги. Шаги приблизились и затихли. Зато донеслось металлическое бряцание, а потом — заскрипел замок. Еще мгновение, и дверь в камеру качнулась, открываясь.
Сначала показался масляный светильник, которым неизвестный придирчиво осветил все помещение. Как будто кроме меня здесь могла быть еще куча арестантов. Очевидно, закоренелая привычка. Потом светильник опустился ниже, на уровень груди, и осветил массивную, широкую фигуру. Мужчина был одет в кожаный кафтан, а лицо пряталось за густой, рыжей порослью. Только глаза посверкивали.
Какое-то мгновение они всматривались в меня, скользнув взглядом по цепи, а потом, не говоря ни слова, надзиратель ступил к столу и поставил на него небольшую корзинку, которую до этого держал в свободной руке.
Пристроил на стол светильник, а потом принялся выкладывать из корзинки какие-то свертки и миски. Завершил все небольшой бутылкой.
— Приятного, — буркнул так, словно выругался и повернулся, собираясь выйти.
— Постой... — придержал я его. — Скажи, хоть где я?
— Кому надо, тот и скажет… Разговаривать с арестантами запрещено, — не менее «приветливо» отозвался смотритель, делая еще один шаг к двери.
— Свет хоть оставь… — попробовал я еще раз. — Не на ощупь же есть?
Смотритель задержался. Какое-то мгновение постоял неподвижно. Очевидно, перебирал в памяти полученные относительно меня приказы. И, похоже, запрета не нашел. Ибо шагнул назад и вернул светильник на стол.
— Через полчаса вернусь. Заберу… — уточнил.
— За что меня сюда упекли? — ответа не ожидал, но не мог не попробовать.
Однако не ошибся. Надзиратель молча вышел, захлопнул дверь и зазвенел ключами.
— Ну вот, а ты волновался… — продолжил я общение с желудком. — Смотри, какой ужин нам подали. Не хуже, чем за королевским столом.
Еды действительно хватало. И жареное мясо, и нарезанный кусками сыр, и даже с виду аппетитные лепешки. Еще и гроздь винограда…
Откупорил и понюхал бутылку. Вино… На запах — из хороших.
— Гм... Голодом меня морить не собираются. Разве что отравить задумали… Да ну, — успокоил себя. — Зачем столько проблем? Хотели бы прикончить — имели целую кучу возможностей, пока я без памяти лежал. Следовательно, на меня какие-то другие планы. И я для них не должен быть истощенным… Гм… Перспектива так себе… Вряд ли здесь надзирателям дают награду за откорм арестантов. Значит… А ничего это не значит…
Побрякивая цепью, подошел к столу, пристроился на табурете и первым делом набулькал себе из бутылки в кружку. Отхлебнул. Действительно хорошее вино. Ну, и ладно. В любом случае, рано или поздно, найдется тот, кто все объяснит. Так что нечего зря голову сушить. Выбрал кусок мяса и сунул в рот. Тоже неплохо… Вообще такое впечатление, будто я продолжаю пировать на королевской вечеринке, только в отдельном кабинете.
Пока жевал и пытался прогнать лишние мысли, само собой пришло воспоминание. Вспомнилась старая кинокомедия «Дон Сезар де Базан». Там главный герой в похожей ситуации даже песенку поет, о том, что обреченного к смертной казни кормят, как на убой. Может быть, и меня тоже?
Как вариант… Хотя абсурдность ситуации реально зашкаливает. Что такое должно было случиться, чтобы король Эдуард так поступил? Не выплясывалось оно, после всех наших разговоров о будущем союзе, о грандиозных планах, в которых я отводил ему довольно важную роль. В конце концов — после переданных и обещанных денег… Если бы король затеял что-то подобное, получив хотя бы первый транш в несколько десятков тысяч золотых, тогда еще хоть как-то можно было бы понять. Деньги взял, а отрабатывать нет желания. Но зарезать курочку, несущую золотые яйца, даже не дождавшись первого… Нет, не сходится. Не вяжутся концы с концами. Что-то не играет…
Прожевал, проглотил… откусил еще кусок. Запил.
Значит, это не тесть. А кто? Кто настолько могуч, что может безнаказанно хватать королевского зятя и бросать его за решетку? Будучи полностью уверенным, что король об этом не узнает. А если и узнает, то оботрется?
Гм…
