Вздрогнув от звуков его голоса, я обернулась. Он стоял плечом к плечу с Альгидрасом и выглядел изможденным. Но, несмотря на это, на его губах играла улыбка. Я просто кивнула вместо ответа, потому что отрицать очевидное не было смысла. Дева была красива. Пока стояла здесь – закопанная и беспомощная. Вряд ли кто-то из нас вспомнит о ее красоте, коль скоро удастся ее пробудить. Почему-то я сомневалась в том, что внутри она так же прекрасна, как и снаружи. Ее «дети» проводят кровавые обряды, вырезая целые деревни только для того, чтобы слышать ее зов. Сколько людей полегло в Свири, пытаясь остановить кваров, которые рвались сюда как полоумные? И сколько самих кваров унесла эта война? А ведь Альгидрас был прав. Они не виноваты. Они просто ищут ее. Я вспомнила зов хванского Шара и тревожную тоску, которую он породил в моей душе, и повернулась к молчавшему до сих пор Миролюбу.
Тот стоял у входа в зал и выглядел так, словно отдал бы все на свете, чтобы отсюда уйти. Его грудь резко вздымалась и опадала, как будто он не мог надышаться.
– Все хорошо? – спросила я.
Он встрепенулся, точно очнулся ото сна, и с удивлением проговорил:
– Она зовет.
С этими словами Миролюб сделал шаг вперед и замер, точно спохватившись.
– Как? – Альгидрас отлепился от стены и преградил ему путь. Алвар остался стоять у факела, но его взгляд буквально прирос к княжичу.
– Мне нужно подойти, – с легкой досадой произнес Миролюб и попытался обойти хванца.
– Постой! – Альгидрас перехватил его запястье. – Не ходи. Сперва скажи, что ты должен сделать.
Миролюб с трудом отвел взгляд от Девы и сфокусировался на Альгидрасе.
– Это она, да? Говорит, как делать? – хрипло спросил он.
Это и стало ответом на мой вопрос, кого из мужчин она выбрала. В этот миг я испытала облегчение, потому что поняла, что, выбери Дева своей игрушкой Альгидраса, я бы не была так спокойна.
Альгидрас же кивнул на слова княжича и произнес:
– На меня смотри. Не на нее.
И вдруг, пошатнувшись, выпустил руку Миролюба, а потом медленно повернулся к Деве.
– Не делай так, – серьезно произнес он, и в его голосе послышалась угроза.
Некоторое время ничего не происходило. Потом Альгидрас вдруг нехорошо улыбнулся и двинулся к Деве.
– Альгар! – предупреждающий окрик Алвара слился с Радимовым:
– Олег!
Хванец поднял ладонь, призывая ему не мешать, и, подойдя к Деве, опустился перед ней на колени. Несколько секунд он молчал, а потом глубоко вздохнул и медленно заговорил по-кварски. Его голос звучал негромко, но уверенно.
– Что он говорит? – одновременно спросили Радим и Миролюб.
Алвар, не отводя взгляда от Альгидраса, поднял руку и коснулся пламени факела. Любой нормальный человек должен был бы тут же ее отдернуть. Но он держал пальцы над пламенем неподвижно, когда медленно, с чудовищным акцентом, заговорил:
– Говорит, что мы ей нужны. Что у нас есть Силы и… она… и ей… надобно ладить с нами добром.
– Он угрожает? – с ноткой восхищения уточнил Миролюб.
– Предупреждает, – ответил за Алвара Радим с удовлетворением в голосе.
Было видно, что такой поворот по душе прямолинейному воеводе. Альгидрас встал и повернулся к Миролюбу.
– Теперь подойди, если еще хочешь.
Миролюб медленно приблизился и так же медленно, словно нехотя, опустился на колени. Поколебавшись несколько секунд, он коснулся руки Девы и сжал ее пальцы, как сделал бы это, будь она вправду живой.
– Чудн
Выражение его лица в этот миг не предвещало ничего хорошего. Я нахмурилась, не понимая, что происходит.
– Мы после поговорим, княжич, – тут же подал голос Альгидрас, и я похолодела.
Мысленно потянувшись к Деве, я уже знала, что она показывает Миролюбу. Это напоминало кадры из плохого фильма или же книгу, которую ты представляешь отдельными сценами: огонь в печи, маленькая комнатка и двое, слившиеся в объятиях. Но самое страшное было не в этом. От картинок било такими эмоциями, что я почувствовала, как мое тело покрывается мурашками. Я малодушно понадеялась, что эти эмоции целиком и полностью мои и появились сейчас исключительно в моем сознании в ответ на увиденное. Но точно знать я не могла. В смятении посмотрев на Альгидраса, я заметила, что он кусает губу, разглядывая спину Миролюба. «Да сделай же что-нибудь!» – хотелось крикнуть мне.
Альгидрас будто услышал: подошел к Деве и, не опускаясь в этот раз на колени, коснулся ее свободной руки. Он снова заговорил по-кварски. Теперь его голос звучал напряженно. Напряжение словно повисло в маленькой пещере, выдавливая прочь весь воздух. Я почувствовала, что с трудом могу дышать.
– Надо уходить, – вдруг произнес Алвар.
Альгидрас тут же отнял руку от Девы и тронул за плечо все еще неподвижного Миролюба:
– Уходим, княжич!
Я ожидала, что Миролюб сейчас взорвется. Так поступил бы любой мужчина на его месте: вкатать в землю того, кто обманул твое доверие, предал тебя за твоей спиной. Однако Миролюб медленно встал, выпрямляясь во весь рост, и двинулся к выходу. Я отступила в сторону, уходя с его пути, но он вдруг перехватил мою ладонь и несильно дернул:
– Уходим. Что стоишь?
