С оружием он не расставался даже в постели. И жену к этому приучил. Требовательный стук в ворота заставил его поморщиться, и парень, подойдя к калитке, не раздумывая, рявкнул:
— Чего надо?
— Мишка, ты гонор-то прибери, — послышалось в ответ, и парень удивлённо хмыкнул.
Распахнув калитку, он вышел на улицу и настороженно уставился на стоящего перед ним городского голову. Возмущённый его вопросом, голова покраснел, словно девица, и зло сверкал глазами, изо всех сил пытаясь удержаться от скандала. Глянув на пролётку, в которой тот приехал, Мишка увидел мужчину средних лет, смотревшего на него внимательным твёрдым взглядом.
«Словно целится», — подумал Мишка и вопросительно уставился на голову.
— Я к тебе по делу, — приказным тоном начал тот.
— Ежели в тайгу, так это не ко мне, — тут же открестился парень.
— Как это не к тебе? — растерялся голова.
— Занят я. Работы много, — пожал плечами парень, демонстрируя ладони.
— Чего ты мне грабли свои в нос тычешь? — возмутился голова, делая шаг назад.
— Показываю, что занят. Видите, в масле они, — пояснил Мишка, пряча усмешку.
— Бросай всё, — отмахнувшись, приказал голова. — Вот господин Вахрушев желают вверх по реке пройти. А те места ты лучше всех знаешь. И заимка твоя тоже там.
— Не пойду, — мотнул Мишка головой. — И ему не советую.
— Это почему же? — иронично поинтересовался приезжий.
— А там у хантов места заповедные. Убить не убьют, а мешать станут. А мне там ещё охотиться, — откровенно ответил парень.
— Ну, до инородцев мне и дела никакого нет. А вот сходить туда тебе придётся, — ответил мужчина тоном, не терпящим возражения.
— Сказал же, не пойду. Нанимайте кого другого, — упёрся Мишка и сделал попытку вернуться во двор.
— А ну, стоять! — прозвучал приказ, и Мишка, резко оттолкнув голову в сторону, сделал быстрый шаг в другую сторону, выхватывая оружие.
Разговаривать с собой в подобном тоне он давно уже отучил всех местных. Похоже, пришло время поучить и приезжих. Мужчина, который так и продолжал сидеть в пролётке, попытался было сунуть руку под пиджак, но, наткнувшись взглядом на пистолетный ствол, замер.
— Ты полегче с этой штукой. А то как бы на каторгу не загреметь за угрозу имперскому чиновнику.
— А кто сказал, что вы чиновник? — усмехнулся Мишка со злой иронией. — Мне об этом никто не сказал. Вы руки-то не прячьте, господин хороший, а то как бы у меня палец на спуске не дрогнул, — добавил он, выразительно качнув стволом.
— Мишка, да ты совсем сдурел?! — зашипел голова, кое-как приняв вертикальное положение.
Слегка перестаравшись, Мишка попросту зашвырнул его в соседние кусты, убирая с линии огня.
— Вы документы этого господина видели? — жёстко спросил парень, не спуская с мужчины внимательного взгляда.
— Конечно же видел. Из Москвы он. Из жандармского управления, — ответил голова, едва не топая ногами от возмущения.
— И что тут московскому жандарму потребовалось? Да ещё и во время войны, — хмыкнул парень.
— А вот это не твоё дело, — отрезал мужчина.
— Верно. Зато контрразведке есть дело до всего, — нашёлся Мишка.
В этот момент с соседних дворов начали выходить казаки. Все вооружённые и настроенные весьма решительно. Не спеша окружив место происшествия, они, ни слова не говоря, взяли обоих приехавших на прицел, заставив их испуганно ежиться и настороженно оглядываться.
— Что тут случилось, Миша? — послышался вопрос, и к бричке подошёл атаман. Тоже с оружием.
— Да вот, голова какого-то неизвестного привёз и требует, чтобы я его в тайгу вёл.
— В тайгу, значит, — многозначительно хмыкнул атаман. — А документик какой у господина имеется?
— Пусть он документы свои в контрразведке показывает. А то нарисует какой блинодел липу, а нам потом по загривку настучат, что не сообразили, — тут же посоветовал Мишка, мысленно злорадно усмехаясь.
Контрразведка в подобных случаях особо не церемонилась и проводила проверку по полной программе. Не оглядываясь на сроки, расстояния и потерянное время.
— Предлагаешь туда отправить? — повернулся к Мишке атаман.
— Настаиваю, — отрезал парень. — Война идёт, Сергий Поликарпович. Сам знаешь, тут прямо с улицы дитя увели, так что шутить я не стану.
— Да ты взбесился, что ли? — взвыл голова от избытка чувств.
— А вам, господин голова, я так скажу. Никого я по вашей указке в тайгу водить не стану, — ответил Мишка, не опуская пистолета. — Это пока я в деревне жил, вы мне указывать могли. А теперь я следопыт казачьей сотни, и власти вашей надо мной нет. Запомните это раз и навсегда. Атаман, вели казакам коней седлать. Нужно этого в контрразведку сопроводить. А то даст голове по голове и смоется, — скаламбурил парень.
— Ты об этом сильно пожалеешь, — прошипел мужчина, стараясь не шевелиться.
— Казаки, кто там поближе, обыщите его, — построжев лицом, приказал атаман.
