Здоровяк поднялся со скамейки во весь свой гренадерский рост, навис над японцем, глядя на него сверху вниз. Страха нет. Третий курс не горит желанием связываться с их четверкой. Хоть со всеми вместе, хоть по отдельности.
— Умница, — прокомментировал Санада его шаг в сторону. Потом еще один и еще… — Расслабься, — уже совсем другим тоном сказал он младшему.
Аян опасливо на него покосился, неловко повел плечами:
— Спасибо. За помощь, — и вдруг спросил неожиданно даже для самого себя. — С вами тоже так было? Это потому, что у нас внешность другая? Меня мальчишки малышом называют…
— Меня до сих пор иногда зовут «маленький Будда» — улыбнулся Санада. — Или Котом. Ты извини за тот случай… я тогда, в столовой, повел себя не лучшим образом и порядком тебя напугал. Мне меньше всего этого хотелось. Так что извини. Меня зовут Санада. А ты Аян, если я не путаю.
Аян кивнул, облизывая пересохшие губы. Странно. Этот… Санада старше его совсем на немного, а ощущение… Закрытый словно. И смотришь на него как в помутневшее зеркало. И смущает отчего-то.
— Все в порядке. Я тогда… просто неожиданно было. И я совсем не понял, что произошло. Мне потом говорили, что я что-то сделал, но что — не знаю. А вы… зачем вы это сделали? Тогда.
— Я только прилетел, явился после перелета, не выспался, и тут мне говорят, что на первом курсе появился мой соотечественник, который очень и очень силен, — Санада присел на скамейку, глядя куда-то вверх, на блекло-голубое небо в ажурных прорезях желтых листьев. — Я не закрылся. Обычно я закрываюсь, чтоб не давить, а в тот раз не закрылся. Потому и получилось, что я на тебя давил.
Аян снова кивнул, поколебался немного и сел рядом. Это тоже было странно, но рядом с Санадой ему не хотелось прятаться и закрываться. И почему остальные решили, что парни из «квартета» — страшные? Странные, может, немного, ну так тут все такие.
— Ничего, — осторожно, мучительно подбирая слова, чтобы не обидеть ненароком, произнес он. — Все в порядке. Я испугаться не успел. К тому моменту мне уже рассказали, что это за место и как, и почему я сюда попал. Вы ведь тоже хроник?
— Да, — кивнул тот. — Кстати, есть некоторая закономерность в этом. Большая часть хроников — японцы, китайцы, корейцы и индусы. Говорят, у нас больше почтения ко времени нежели у всех прочих.
— А оракулы — среди тех, кто живет немного севернее? — Аян позволил себе улыбку. — Или тут статистики нет?
— Или я еще просто не дочитал учебник, — улыбнулся в ответ Санада. — В любом случае, все это очень и очень интересно. И вот еще что… у нас сейчас в разгаре метатренинг. Тяжелая дисциплина. У парней крыши едут. Так что рецидивы и приставания весьма вероятны. Постарайтесь до Рождества по одному не ходить. Я… сам люблю иногда почитать книгу в одиночестве, но сейчас это несвоевременно. Никто ничего дурного не сделает, но доставать будут основательно. А ты действительно очень красивый.
Аян смутился. Мог бы и сам догадаться.
— Спасибо за совет. Я просто не подумал. Обычно мы ходим все вместе, но Сима странно ведет себя в последнее время, Рома… — он запнулся, но тут же продолжил, — Рома с ним, а Фрейю нужно догнать остальных по паре предметов.
— Ты всегда можешь обратиться ко мне. Или к моим парням. Я их предупрежу. Матей правда порядком накосячил, но он не со зла, его тоже накрыло. Но он переживает и ему неловко подходить к Роману и вашему новенькому, так что просто имей в виду, что если вдруг что — мы поможем, — Санада медленно поднялся и ободряюще улыбнулся собеседнику. — Не переживай, все хорошо.
— Матей? — Аян на мгновение нахмурился, а потом его лицо озарилось пониманием и улыбкой. — Казанова?
— Он самый, — уже со смехом кивнул Санада. — Наш оракул — Сказочник, на самом деле Анжей, поляк. А его оператор — Сайбер, Айвен. Ну или Иван, кому как удобнее его называть. Кажется, скоро все забудут как нас зовут.
Аян очень мило зарозовел щеками.
— Я не забуду точно. Просто вы… ну… всегда такие закрытые, всегда вместе. И другие вас опасаются.
— Просто мы группа. Стали ею. Вот этого остальные понять не могут. БОльшая часть запечатлений в Институте — парные. Но не групповые. Так что я надеюсь что и у вас будет группа. Иначе к выпуску на нас будут смотреть как на реликтовое чудовище, — Санада церемонно поклонился. — Хорошего дня, Аян-кун.
— Спасибо за беседу, Санада-сан, — Аян поклонился в ответ, снова замыкаясь. — Хорошего дня.
Весь путь до своей комнаты Санада улыбался. Маленький шаг. Огромный шаг. Теперь главное не налажать. И чтоб остальные ничего не испортили. Но нет, все будет хорошо. Все обязательно будет хорошо.
— Ты счастлив, это хорошо, — погруженный в какую-то книгу Матей кинул на него скользящий взгляд и выпрямился, глядя на него с улыбкой.
— Пообщался с малышом-хроником… составил о нас положительное впечатление, — японец положил книгу на стол и, подойдя к нему, с нежностью поцеловал. — Сказал, что если будут проблемы с метатренингом третьего курса, они всегда могут обращаться к нам.
Матей ответил на поцелуй:
