— Тебе скажи — так ты расстроишься, завидовать начнешь. Вынесешь моей Ромашке мозг, а мне потом его успокаивай, — Фрей фыркнул и протолкнул вперед Аяна. Тот встал последним, но из-за задумчивости пропустил уже пару человек вперед. — Горе ты наше сказочное.
— Да ну тебя, — надулся господин Бехерович и, обнаружив у порога Тимура и лорда, быстренько подтянул их поближе, поставив между собой и фиолетововолосым злодеем. — Не дружу я с вами больше. Злые вы.
Чед покивал и даже сочувственно погладил тугие, чуть влажные пружинки локонов его волос, заработал по рукам сначала от Тимура, потом от Симы, потом дернул обоих за прядки и передислоцировался поближе к Роману и середине очереди.
— Если что — сказочным горем я не тебя обозвал, — Фрей показал Симе язык, подвинулся и преувеличенно вежливо протянул Аяну тарелку с салатом.
— Вот что за жизнь, а? — Рома даже головой покачал, изображая обиду. — Я тут, понимаешь, бужу его по утрам, чтобы не проспал, сказки на ночь рассказываю, а он все налево смотрит.
Аян вздрогнул, обернулся к нему резко, и Рома смутился.
— Я пошутил. Правда.
Фрей на это только хмыкнул, а Рома обернулся, почувствовав чужой взгляд. Такой тяжелый, почти физически ощутимый. Встретился глазами с…как его… Матеем, удивленно понаблюдал за его мимикой и хмыкнул про себя. С другой стороны — почему бы и нет?
— Пропустите самого голодного, — он ловко ввинтился в очередь, оттеснив всех своих, что стояли впереди, подхватил свой поднос и направился к соседнему со старшим квартетом столику.
— Да пожалуйста, — Чед шагнул в сторону, позволяя просочиться самому голодному. Тимур, покачав головой, принялся подбирать на раздаче еду для себя и англичанина, в то время как тот ловко подхватил термос с чаем и чашки.
Улыбка почти успела стечь с лица Симы, но он вовремя ее вернул. Растянул губы, вернул глазам лихорадочно-веселый блеск. Это ничего. Это уже привычно. Хреново, но привычно. Надо просто потерпеть. Само отвалится.
Аян непонятно чему улыбнулся и, не дожидаясь, пока очередь дойдет до сладкого, устремился вслед за Ромой.
— Однако… — Фрей только головой покачал, проследив взглядом за обоими. Но так любимое Аяном пирожное взял, когда смог дотянуться до блюдца. — И как это понимать? Нас бросили?
— Тебя бросили, — прогудел ему на ухо Ширинский. — А нас нет, — он поставил на свой поднос тарелку с шоколадно-ореховыми брауни и, насвистывая, направился следом, пропустив вперед себя Чеда.
— А ты добрый, — отозвался Фрей. — Не споткнись только. Серафим, на вас лица нет. И притормозили вы как-то. Не хочешь за столик?
— Передумал обедать, — Сима взял маленький термос, булочку, и направился к выходу. — Пойду, модули еще почитаю. Двадцать третий никак не запоминается. Приятного аппетита.
— Сима? — Фрей мгновенно стал серьезным. Оставив поднос на ближайшем столике, он перехватил его почти у самого порога. — Что не так?
— Все норм, но-пасаран, свободу Анжеле Дэвис! Нэ всэрэмось! — подмигнул ему Бехерович. — Иди харчуйся, в большой семье нихт клювом клац-клацен.
— Сима? — голос незаметно подошедшего к ним Ромы был мягким, почти осторожным. — Булочкой ты не наешься. Да и поднос твой тебя ждет. Нам в себя столько не впихнуть.
Фрей на мгновение поджал губы и без слов вернулся обратно.
— Я правда не хочу есть, — покачал головой Сима, отстраняясь. — А еду пожертвуйте обездоленным, сирым и убогим. Шендеровичу, короче, пожертвуйте, ему вечно селедка достается.
— Отлично, — Рома дернул уголком рта и отступил. — Термос закрыть не забудь, а то остынет, — развернулся резко и исчез в глубине зала.
Сима выдохнул. Все хорошо. Все хорошо. Любопытно, как быстро эта мантра перестанет действовать? Когда она станет совсем бесполезной? Рано или поздно — точно. Но пока еще реально себя успокаивать — можно не думать. Упасть на постель, открыть модуль и погрузиться в чтение. Двадцать третьего, четвертого, пятого, пока вкрай не окосеет. Но лучше так.
Он закрыл термос, впился зубами в булочку и поплелся к жилому блоку. Одной маловато. Надо было взять еще парочку. Значит придется сбегать, когда обед закончится…
Рома вернулся за столик, который уже успел расшириться на еще один. Правда, разговор завязываться не спешил. Поймав взгляд Фрея и пожав плечами, Рома сел на пустое место и выдохнул.
- Проблемы? — Матей. Как только они поздоровались пять минут назад, Рома даже не понял, рад он этой встрече или не очень.
— Нет, — Рома покачал головой, а Фрей подался вперед.
— Может, тогда все же познакомимся?
— Хорошая идея, — Матей улыбнулся ему и кивнул на своего соседа. — Это Айвен. Он же Иван. Соотечественник этого вот, — он кивнул в сторону Ромы. — Милый, тихий и спокойный, если не будить в нем хомячка.
— Прибью, — Айвен немного смутился. — Но в целом он прав.
— Фрейзер, — Фрей протянул ему руку и едва поморщился от силы, с которой сжали его пальцы. — А это Аян и Чед. Тимура вы знаете. А сбежавшая невеста — это Сима.
— Это он мне того раза простить не может? — когда знакомство закончилось, Матей с видимым удовольствием обратился к Фрею.
