— Мне еще умываться. Так что без вас я на улицу не сунусь, — Аян чуть порозовел щеками, так, что без кого именно он не хочет уходить, понятно было без слов.
— Начинаю подумывать о том, чтоб махнуться комнатами… ты к Фрею, а я Ромку заберу. Хотя нет, вы тогда ваще из комнаты выходить перестанете, — фыркнул Сима, вываливаясь в общий холл. Приняв бодрый вид, он промаршировал до комнаты парней, махнул рукой появившемуся Чеду и заспанному Тиму, и принялся барабанить в дверь. — Просыпайтесь, сони! Пришло славное утро!
— Нельзя, — тихо в спину произнес Аян. — Меняться нельзя. Фрей — якорь Ромки, он его от кошмаров спасает.
— Чудовище. — Дверь приоткрылась и на пороге на мгновение показался Рома. В одном белье, сонный и взъерошенный — он смотрел на них с упреком, а потом на его плечо легла рука, и он исчез за спиной лохматого со сна Фрея. Косички его распустились и теперь лицо закрывала волна тяжелых даже на вид волос.
— И вам с добрым утром, — сипло выдохнул он. — Я так понимаю, душ сегодня принять никто не рискнул?
— На термометр глянь, морж, тридцатка за окном, — донесся голос Ромки, и Аян несмело улыбнулся, старательно отводя взгляд от голого торса Фрея.
— Идисюдаятебяпоцелуюуууу, — мгновенно обнаглев до предела, полез обниматься Сима. Только позитивом и «дурьюмаянием» можно было хоть как-то раскачать с утра всех.
— Уйди, противный, ты с утра не брился, — мгновенно отреагировал Фрей под Ромкин хохот. Даже Аян улыбнулся.
— Я светоч ясный, светоч доброты, а ты, противный, сам же и уйди! — нашелся Сима, гордо вздернув нос. — И ваще, собирайтесь скорее, пока по ваши души не явился САМ! — и он многозначительно поиграл бровями.
— Кто «сам»? — приглушенным, испуганным шепотом поинтересовался появившийся рядом с Фреем Рома, делая большие глаза.
— Ну, ОН! — принял еще более заговорщический вид Сима, еще на пол-шажочка проникая в комнату, буквально пропитанную сном. — ОООООН!
— Пиздец, что ли? — Рома изобразил озарение и сразу следом испуг.
— Господа, материтесь на английском, — попросил Фрей, отходя вглубь и пропуская Симу и ввалившегося следом Аяна. — И вообще, мне ко второй паре, — он зевнул, потянувшись.
— Ну вы все равно уже это слово выучили, так что нафига? — выгнул бровь Сима.
Ромка и правда выглядел паршиво. Еще хреновее, чем вчера. Бледный, под глазами круги, руки мелко подрагивают. В общем, недосып налицо. Или на лице. Еще чуть, и они все начнут засыпать на ходу. В принципе, усталость уже сказывается на их учебе. Чудо еще что на ковер к ректору не вызвали. Хотя, лиха беда начало. Или еще не вечер. Вызовут еще. Он это буквально пятой точкой чуял. Но…
— Я вот решился, а вы мне тут — не бритый, рожей не вышел, и все такое… злые вы, уйду я от вас!
— О, и с этого места поподробней, — Фрей принялся лениво одеваться. — Извини, что сразу не понял. Повторишь? Обещаю, что сопротивляться не буду.
— Хм? — Рома, натягивая теплый свитер, развернулся к ним с интересом.
— Да при чем тут Фрей? Я, может, пред Ромкой готов на колени пасть, а ты. — И снова гордо вздернут нос, дрожат от обиды и горестей отросшие кудряшки.
Фрей прыснул, не выдержав, и отошел, вскинув руки.
— Он не специально, не дошло сразу спросонья, — Рома взъерошил и без того торчащие волосы на голове и шагнул ближе. — Ну так что, повторишь?
— Мне кошмары снятся, — выдохнул Сима, глядя ему в глаза. — И Аян хреново спит. В общем, ты тоже красой утренней не блещешь. Я подумал, наверное, стоит обсудить… после той Заводи я дергаюсь по поводу любой мелочи, но… у всех и сразу не может быть дурных снов, понимаешь?
— Кажется мне, что ты не это Ягодке говорил, — шепнул Рома, повернулся к Фрею и тот, понятливо кивнув, вышел, прихватив с собой Аяна.
— Вообще я хотел предложить махнуться комнатами. Аяну с Фреем вроде как хорошо и пушисто… А я попробую заменить его тебе. Вроде как в Заводи ж получилось… вдруг? Чем черт не шутит?.. — Сима мялся, силясь добавить словам хоть немного уверенности и убедительности. Получалось откровенно хреново.
— Им действительно хорошо вместе. Но ты… Зачем это нужно тебе, Сима? — серьезно спросил Рома. — Только не лги. Пожалуйста.
— Я помню один свой сон. Остальных не помню. Но этот отличался от всех что мне снились до сих пор. — Сима шагнул ближе так, чтоб шептать Ромке на ухо то, что до сих пор старательно прятал глубоко в себе. — Мне снился Викинг. Снилось, что мы с ним… в общем… переспали, и снился еще какой-то тип, который смотрел на меня с такой ненавистью, точно готов был ушатать на месте. Вот только я не хочу спать с норгом. Пох какой он. Я не хочу. И я… в общем, ты мне нравишься куда больше. Вот.
Глаза Ромы на мгновение расширились. Надо было бы съязвить, свести все в шутку, но тоска и почти отчаянье в глазах Симы не давали дать волю языку.
— Думаешь, я смогу спасти тебя от твоих снов? — делать вид, что ничего не услышал, было легче. Сначала. — Я не могу спастись от своих. Но… мы всегда можем хотя бы попытаться.
— Именно, попытаться, — бледно улыбнулся Сима, одной рукой обнимая его за шею и лбом утыкаясь в его лоб.
