Анж вздохнул спокойнее и почти нырнул на предложенное место, обнимая любимого медведя.
— Боооже, как же хорошо…
— У меня предложение: не раздвигать кровати. Можно даже принести еще одну, места хватит, если вынести тумбочку, — Матей обошел кровать, зевая, и лег с другого края, прижимаясь к Санаде.
— Мне нравится, — пробурчал сонный Айвен, обнимая поляка в ответ и зарываясь в его объятия. Рассеянно поцеловал местечко, попавшееся под губы, и счастливо вздохнул. — Ты пахнешь собой.
— В душ сходил, — так же негромко отозвался Анжей. — Только лучше не надо, разврат это будет… законченный… я не ханжа, но Ледник не одобрит.
— Можно подумать, разные комнаты нас когда-то останавливали, — буркнул Матей и, дотянувшись до ночника, выключил его. — И кому какая разница, пока мы никому не мешаем.
— Правилам общежития? — ремарка Санады заставила Сказочника негромко рассмеяться. Вообще в этом сонном царстве издавать громкие звуки совершенно не хотелось.
— Да… там написано, что студенты живут по двое. А уж если они меняются местами — это их проблемы, — фыркнул Анж.
— Предатели, — тут же надулся Матей. — Ну и ладно. Тогда валите к себе, герои-любовники.
— Нет, — негромко, но жестко отозвался Айвен. И добавил уже чуть мягче. — Не сегодня. Пожалуйста.
Матей приподнялся на локте, дотянулся до него через Санаду.
— Ваня, я пошутил, — погладил плечо, и Айвен заметно расслабился.
— Да, прости, не понял, — поймал его руку, поцеловал середину ладони и отпустил.
— Тебе просто нужно отдохнуть. Спи.
— Спи, мой прекрасный ангел, — едва слышно выдохнул Анж. — Как же я тебя люблю.
====== 8. ======
— Не, смотри, дама бьет валета, так что ты отбился, но Тим может тебе подкинуть валета своего, и он вроде как козырный, потому что пики у нас козыри, вооот, если у тебя нет дамы козырной, короля или туза — ты берешь все, что у нас тут вывалено… неее, не проканает, Чед, это ж козырный валет, он это…
— Сима, не грузи нашего маленького лорда! — послышался голос Ширинского. — Иначе я тебе «погоны» устрою за то, что ты у нас такой умный!
Явно играют в «дурака», еще и Шеннона на это дело подписали. Кому-то определенно до тошноты скучно. И это время уже глубоко за полночь!
Рома остановился перед дверью, пригладил волосы, одернул рубашку. Жаль, что в зеркало не догадался посмотреть, теперь бы знал, оставил ли Анжей на нем следы. И задница еще саднит. Тряхнув волосами, он осторожно толкнул дверь, проскальзывая внутрь. А парни действительно устроили лежбище. Одеяла, подушки, пледы и не разобрать что где.
— О, Рома, наконец-то! — Похоже, эти двое в конец укатали британца, потому как Чед не столько следил за игрой, сколько поглядывал на дверь в надежде что именно из коридора явится его спасение.
— Привеееет, — протянул Тимур, поднимая взгляд от раскладки карт, да так и замер. Похоже, видок у Ромы впрямь был выдающимся.
Сима тоже смотрел. Пристально и тяжело смотрел. И не понять то ли злился, то ли нет. Просто чуть резче проступили под глазами темные круги. Просто чуть сильнее заострились и без того резкие черты лица.
— Надеюсь, тебя не с девки сняли. Иначе завтра хрен параграф прочитаешь.
Рома вздрогнул, кинул на него тяжелый взгляд и повел плечом, устраиваясь на краю кресла.
— Если скажешь, где можно найти девку в ближайшем пространстве — буду благодарен, — почти огрызнулся он.
— Завидовать нехорошо, — резонно заметил Тимур, сгребая карты. Вряд ли кто-то сейчас захочет играть.
— Вот именно, Сима, зависть — плохая штука, — поддакнул Чед. И тут же обернулся к Ромке. — Ну и как впечатления?
— Ну, сколько я понимаю, кое-какое впечатление ты об этом имеешь. Если Тимур не соврал, — Рома, чуть морщась, сполз на пол, заворачиваясь в плед.
— Напомню, в полном смысле слова мы не спали, — как бы между прочим заметил Тим.
— Поддерживаю, — кивнул Чед. — Правда, извини за любопытство, просто ты выглядишь так, что не помешала бы долька лимона.
— Больно, — Рома смотрел на свои колени. — Поначалу. А потом хорошо. Даже слишком.
— Носом не свисти, — негромко бросил в сторону Симы Тимур. — Думать надо. И решать быстрее. Пока тебя кто-нибудь не опередил. И не надо на меня пытаться кидаться с кулаками. Бесполезно. Все равно в бараний рог сверну…
Сима молчал. Буравил Ромку взглядом и молчал. Потом поднялся со своего места, налил из термоса в кружку чая, стащил с тарелки шоколадку и пересел к Силиверстову, плечом подпирая его плечо.
— С обратной стороны тоже неплохо, — хмыкнул Рома и повернулся к Симе, криво усмехаясь. — А где же вопли на тему «грязный пидор» и «не подходи ко мне»?
— И еще подвывать: «Я обиделась раз и навсегда», — буркнул Сима. — Не дождешься. Но если честно… да, мне немного обидно.
— За что? — Рома вскинул бровь, вытянул из его пальцев чашку и сделал глоток.
— За то, что ничего не сказал и за то, что… был непонятно где и непонятно с кем, — поджал губы Сима.
— Парни, вам бы определиться уже что ли, — вздохнул Тимур.
— Не сказал? И как ты себе это представляешь? — Рома словно и не услышал Тимура. — «Я тут отлучусь ненадолго, сбегаю потрахаюсь»?
