В итоге перелистали свадебные фотографии еще раз и решили все-таки посмеяться. В тот момент мне совершенно не хотелось задумываться о том, что Лена Сокольникова отнюдь не наблюдатель, а активно действующая часть этой маленькой циничной зарисовки. Так сказать, стабилизатор семейного спокойствия для миссис Парджикия, потому что нет ничего безопаснее в этом мире, чем замужняя любовница. Я не хотела размышлять на эту тему.
Свидание с молодоженом случилось только в первых числах июня, бурное и долгожданное с обеих сторон. Сначала безумие на многострадальном ковре; Гела Аскерович даже не стал доставать из заветного шкафа свои любимые игрушки, набросился на меня и практически разорвал; а потом бокал шампанского. Я с удовольствием слушала подробный рассказ о новой квартире, о начале строительства загородного дома в Репино, о прекрасном пятизвездочном отеле на Канарах.
— Моя девочка, нам надо обязательно что-то придумать и смотаться туда хоть на недельку. Это было бы просто чудесно.
— Гела, не теряй голову. Мы оба можем оказаться в очень непростом положении.
— Ты права, права… но так соблазнительно, ты не представляешь.
— Кстати, я встретил там знакомых, помнишь, я говорил тебе о «Святой Ольге»?..
— Что-то не припоминаю.
— Корабль, Леночка, корабль.
— Вспомнила.
— Так вот, хозяйка шхуны, скажем так, «Дама без имени», парочку раз делала у меня кое-что. Я встретил ее в отеле. Очень красивая женщина, и что еще очень важно, с головой. Я показал твою фотографию, ей и ее мужу. Приглашала, Леночка, очень звала. Ты не надумала? Это нужно прочувствовать, всего один раз, а потом отказаться невозможно.
— Гела, если серьезно, я пока не готова. Но я подумаю, обещаю.
Даже просто разговор о такой будоражащей возможности — огонь в теле снова вспыхивал, чувства обострялись; а ведь раньше, до появления Гелы в моей жизни, даже невозможно было представить, какие ощущения может дарить женское тело.
Любопытство не давало мне забыть о таинственном корабле, и я поневоле несколько раз в день вспоминала о предложении Парджикия. Асрян уехала на конференцию в Австрию, пришлось ждать несколько дней до ее возвращения. Очень хотелось обсудить столь пикантное дело, но кроме нее вокруг не было людей, готовых спокойно говорить на такую тему.
Наконец Ирка вернулась, и первую же пятницу я не могла дождаться, когда уже девчонки закончат обсуждение очередной невероятной новости про повесившуюся Женькину соседку и не уедут домой. Наконец все разъехались; мы сели пить кофе, и я вывалила Ирке на голову все, что знала про таинственный корабль.
Елена Андреевна решилась на полную откровенность; потому что это были цветочки по сравнению с тем, что рассказывают Асрян на приемах ее богатые клиенты. Услышав про предложение Принца, она за пару минут очень технично вытянула из меня информацию про все, чем отличается доктор Парджикия от других мужчин, все его прихоти и тайные желания. В конце она улыбалась и смотрела на меня, как на расшалившегося ребенка.
— Что, Сокольникова, отрываешься по полной?
— А то.
— Ну и славно.
— Что думаешь про кораблик, доктор?
— А ничего не думаю. Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не вешалось; тем более, как ты говоришь, все стерильно. Только надо выставить себе порог, Ленка. Определить черту; потому что если не сделать это вовремя, потом можно будет сильно за это поплатиться.
— Не ехать?
— Думай сама. Тебе это нужно? Мне показалось, тебе и так этого фонтана жизни через край.
— Ты мне просто завидуешь, Ирка, признавайся.
— Ага, просто умираю от зависти. Кстати, про мою конференцию в Вене. Я тоже очень неплохо провела время.
Ирка смотрела на меня, лицо оставалось неподвижным, а в глазах — что-то новое, будоражащее и авантюрное.
Оказывается, ведущие психотерапевты Европы, как и простые люди, не упускают возможности расслабиться вдали от семьи. При этом степень осознанности является совершенно полной индульгенцией от всяких переживаний по поводу морально-этической стороны вопроса.
Теперь более конкретно — ОН был одним из европейских светил психотерапии, и последствия произошедшего оказались не столько эмоциональны, сколько полезны и практичны. Я смотрела на Ирку, краем уха слушала выводы и комментарии и думала — конечно, все правильно. Она красива, умна, она безупречна. У нее идеальный носик, большая грудь и прекрасные мозги.
Светило имел частную практику в Швейцарии, а также служил профессором на кафедре в местном университете. Последующие несколько месяцев Ирка бесплатно посетила все самые престижные симпозиумы, побывала на курсах повышения квалификации в Швейцарском университете, повесила на стенку своего кабинета много-много цветных бумажек в рамочке и с каждым днем все лучше и лучше говорила по-немецки.
