Генс с ещё большим остервенением стал ловить мужчин. Делал вид, будто не замечает, что вместе со своими мужьями выходят и одетые в мужскую одежду жёны, не желавшие с ними расстаться. Неважно, лишь бы было количество! Из самых сильных мужчин и хулиганов он организовал «вспомогательную полицию», которая не только помогала полицейским ловить людей, но, главное, охраняла спортивную площадку, где находились члены ФПО, и никого оттуда не выпускала. Генс приказал не давать им общаться с жителями гетто, чтобы они не могли агитировать восстать против немцев. Он боится восстания, настоящего вооружённого столкновения с убийцами.
Наконец эта четырёхдневная акция кончилась. Гетто уже не окружено.
Сегодня, в последний день, попался приятель Генса, связной между геттовским и городским «арбейтсамтами», – Браудо.
Все эти дни он тоже бегал, приказывал, ловил, задерживал. Сегодня, заметив невдалеке группку немцев, очевидно, хотел перед ними выслужиться. Вытянул из голенища сапога плётку и бросился за кем-то. Но, вытягивая плётку, он выронил какие-то бумаги. Немцы его остановили и велели показать бумаги. Браудо пытался отговориться, что-то объяснить, но немцы не хотели слушать. Пришлось показать. А это были документы на чужое имя и другую национальность. Немцы его избили и втолкнули в грузовик, где уже сидели другие пойманные. Не помогли и старания Генса спасти его. Наоборот, гитлеровцы специально проверяли, не сбежал ли «наглый еврей».
Акция кончилась. Охрана снята. Что будет дальше?
А ведь сентябрь. Начало учебного года. И снова без меня. В школе меня уже, наверно, забыли. Или считают погибшей.
Генс выслал самых крепких полицейских и почти всю вспомогательную полицию на улицу Расу, где, как и в прошлый раз, держат пойманных для увоза в Эстонию. Полицейские должны были помочь посадить их в вагоны.
Но они вскоре вернулись: вагоны будут только завтра.
Весть, что все мужчины живы и ждут вагонов, немного расшевелила гетто. Но всё равно оно какое-то оцепеневшее от отчаяния.
Геттовские полицейские снова были на улице Расу. Вернувшись, рассказывали, что всех посадили в эшелон, который уже сегодня ночью отбудет в Эстонию.
Но полицейские принесли и другую, худшую весть. Они слышали, что на вокзале вывешена (или в ближайшие дни будет вывешена) надпись: «Juden frei»[76]. Это значит, что в городе больше нет евреев…
Куда деться? Куда бежать?
Вчера расстреляли Генса. Мы узнали об этом только сегодня, но и вчера около полудня почувствовали, что неспокойно. Кто-то рассказал, что приходил посланец от Нойгебоера и забрал у Генса и Деслера оружие – два револьвера и гранаты, которые они в своё время получили для «служебного пользования».
Генса вызвали в гестапо.
Стало темнеть. Он всё не возвращался. Утром мы узнали, что его расстреляли.
Где и как его расстреляли, никто не знает. Но говорят, что не в Понарах. Никому его не жаль, может, только полицейским.
Хоть и был привилегированным, хоть усердно служил оккупантам, всё равно не избежал общей участи.
Все повторяют одно и то же: немцы никогда не оставляют ни пособников, ни свидетелей своих злодеяний.
А то, что он был пособником, это факт. Иначе ему бы так не доверяли, он не пользовался бы разными привилегиями. Он имел право ходить по городу без звёзд и по тротуару; мог не только бывать, но даже ночевать в своей старой квартире в городе, где остались жить жена и дочь. Жена, правда, литовка. Но дочь ведь обязана была жить в гетто. По гитлеровской расовой теории даже третье поколение от смешанного брака с евреем считается полуевреями.
Чем-то всё-таки и Генс не угодил фашистам…
Из квартиры Генса увезли всю мебель и вещи. Гетто без председателя. Наверно, назначат Деслера. Он всё равно теперь самый старший.
К великому сожалению, будем иметь совсем нежелательного председателя – самого Кителя. Он приказал оборудовать кабинет. Сам выбирал мебель и велел её срочно обновить.
На фронте немцев бьют. Красная Армия наступает у Смоленска. Так недолго осталось до свободы! Как ещё хоть немного выдержать!
Мире удалось уйти из гетто[77]. Надеется, что добрые люди её спрячут или достанут фальшивые документы. Может, ей удастся и нас отсюда вызволить?
Снова…
Китель потребовал тысячу мужчин на работу в Эстонию. Всё повторилось сначала: солдаты окружили гетто, а полицейские ловили.
Около полудня мы узнали, что удрал Деслер с женой, захватив всю геттовскую кассу. Исчез и комендант охраны ворот Левас.
Значит, уже совсем плохо…
Китель со своей свитой расхаживает по гетто. Улочки пусты. Мы сидим за закрытыми дверями и занавешенными окнами, только сквозь щёлочки решаясь наблюдать за гестаповцами.
Днём Китель приказал подать ему обед. Он со своей свитой пьянствует, а полицейские ловят мужчин. Но теперь это ещё труднее: никто не хочет им повиноваться.
Под вечер Китель вышел из кабинета. Несколько комендантов участков униженно просили его продлить акцию ещё на один день, потому что они не успели собрать нужное количество людей. Но Китель объявил, что он вообще отменяет акцию. Пойманных мужчин можно отпустить домой.