Выскочил обратно, сотрясаясь от мелких электрических разрядов. Нашёл гнездо с пульсирующим как сердце ядром. В голову ударила струя образов, среди которых промелькивали и узнаваемые человеческие лица. На миг проявилась чёрная фигура в капюшоне, утонула в мельтешении призрачных лиц и фигур.
– Стой, урод!
Беглец оглянулся, и Тарас на долю секунды встретил взгляд абсолютно белых, без зрачков, глаз. Монах метнулся в гущу фигур, пропал. Но в памяти остался абрис его бородатого лица с узнаваемой челюстью и толстым носом: это был спутник генерала Варягина, программист ИИ-систем Шадаев.
Тарас хотел продолжить странное преследование – бег-полёт без движения, но его окликнули:
– Тарас, сюда!
Оглядевшись, он заметил облачка искр в форме человеческих тел, опускавшиеся на скопление «углей» в самом густом сплетении жил. Рванулся туда, вливаясь в общую вуаль и ощущая вибрацию «головы». Рванулся вслед за язычком вуали внутрь скопления. По глазам ударило горячим светом «электрической сварки», едва не ослепив десантника. Он вскрикнул, но не отвернулся и не отступил.
Псисферы всех Лобовых и Лавинии объединились!
Шесть тлеющих «кусков шлака» растрескались, словно внутри каждого взорвалась граната!
– Это наши файлы! – едва слышно сообщила Лавиния. – Свет – нанозащита Старухи! Попытайтесь стереть все упоминания о нас! Я беру три узла внизу. Итан – твой файл – слева, Иннокентий – твой справа! Тарас…
– Я понял!
Мысленная тело-воля десантника пробила световое сопротивление верхнего «куска шлака» и оказалась внутри мерцающей паутиной кельи.
Прямо перед ним стояла женщина невероятной красоты в облегающем тело сверкающем платье, с короной на голове. Правую руку она держала за спиной, левую протянула ладонью вверх, и над ней крутился призрачный голубой шарик, выбрасывающий очереди таких же призрачных фигурок людей.
С одной стороны, Тарас настраивался встретить какую-то женщину, помня фантом Старухи, однако не в таком наряде. Но увидеть «Маршалессу» в форме «мисс Вселенной» не ожидал. Пришло озарение: воображение восприняло метальный поток браузера «Маршалессы» и «перевело» его в удобную для восприятия форму. В детстве на Тараса большое впечатление произвёл роман Алексея Толстого «Аэлита», и в данный момент излучение софта ИИ-системы оживило воспоминание о встрече Аэлиты с земными магацитлами!
– Поздравляю, – с иронией проговорила женщина, рассматривая «рыцаря в латах», каким Тарас предстал перед её глазами. – Я вас недооценил.
Она так и сказала: недооценил, – и капитан понял, что «Маршалесса» в общем-то не имеет пола, несмотря на принятую ей форму для общения.
– Дай! – проговорил он металлическим голосом, протягивая руку к пульсирующей сфере над ладошкой женщины.
– Зачем он тебе? Мне нетрудно сделать копию, и ваш поход станет бессмысленным.
– Я не один! И мы сотрём все файлы и программы, заставляющие тебя преследовать нас!
На высоком лбу Старухи возникла морщинка.
Вряд ли создатели нейросети снабдили её базовую версию эмоциональным контентом, зачастую мешавшим живым людям принимать правильные решения, но инстинктивную фильтр-программу самосохранения они должны были вписать в матрицу искусственного интеллекта.
Реакция фантома «Маршалессы» подтвердила это.
– У вас минута, чтобы отступить! – Она вытянула из-за спины правую руку, поднимая пистолет. Это был настоящий девятимиллиметровый «викинг», но почему-то красного цвета.
Тарас сделал шаг вперёд.
– Не заставляй меня применить силу!
– Неужели ты меня ударишь? – удивилась «Аэлита». – Ты ведь воспитан иначе.
– Ты не женщина!
– Почему вас трое? Клон?
– Клон, – невольно улыбнулся капитан.
– Вы умеете скрываться в самых безнадёжных ситуациях. Это новая технология?
– Повторять больше не буду!
– Но за что вы меня ненавидите? Я тоже сражаюсь за сохранение населения России.
– И при этом держишь связь с такой же ИИ-системой ВСУ.
– Это не мешает мне избегать многих жертв.
Тарас вдруг понял, что «Маршалесса» нарочно начала дискуссию, предполагая какие-то действия. Но сознание заколебалось как мыльная плёнка под ветерком, захотелось доказать Старухе, что она в любой момент может предать страну, что её игры с другими искусственными интеллектами опасны и способствуют деградации народа. Губы даже шевельнулись, собираясь продолжить разговор с фантомом.
Паутинный кокон вокруг содрогнулся. Рядом появился богатырь в латах.
– Задерживаешься! – раздался гулкий голос Итана.
– Она хочет объяснить…
– Знаю я, что она хочет. – Богатырь шагнул к замершей «Аэлите», рука его в латной перчатке удлинилась, ухватила голубой шарик – раздался яростный визг! – и сунула себе куда-то под броню.
– Уходим!
Тарас очнулся, осознав, что был на волосок от гибели.
– У неё есть копии…
– Лавиния стирает весь этот софт.
«Аэлита» – «Маршалесса» ещё раз завизжала, выстрелила в богатыря – вместо пули из дула вырвалось копьё огня, – превращаясь в жуткое клыкастое чудовище.
Но Итан-рыцарь легко отбил клок пламени металлической рукой, дёрнул Тараса за руку, и оба выпали в кокон побольше.
