Ему вдруг так остро захотелось броситься назад, к могиле Снежаны, что он едва сдержал стон.
Матоличев заметил, как изменилось лицо молодого спецназовца, похлопал его по колену и отсел.
Окончательно Тарас пришёл в себя только к обеду, когда тот же вертолёт доставил группу обратно к штабу КП на фронте под Николаевым.
Матоличев нашёл его у капонира «Ка-92», вместе с бойцами, готовившимися к передислокации. После инцидента с нападением «неизвестных диверсантов» на вертолёт, возвращающийся с задания, было решено перебазировать вертолёт и охрану на бывший аэродром пограничников, в двенадцати километрах от прежней позиции. Её уже обустраивали фронтовые спецстроители под руководством разведчиков ГРУ.
Разумеется, после допроса захваченного Тарасом боевика уже было известно о том, кто на самом деле отдал приказ «частникам» военной компании атаковать секретный «птерозавр». Несмотря на все попытки помешать расследованию со стороны коррумпированных генералов Главштаба, прикормленных олигархом Мордобьёвым, контрразведчики ФСБ фронта во главе с полковником Утолиным подготовили заключение, но оно сразу легло под сукно в секретариате Главштаба. Поэтому Матоличев предложил Тарасу операцию на выбор из трёх заданий.
Первое: захват генерала Варягина, задумавшего ликвидировать Шелеста и всю команду «Бесогона» ради спасения своей шкуры.
Вторым была ликвидация самого Мордобьёва, поддерживаемого на самом верху теми, кого он содержал как доносчиков в правительстве и даже в секретариате администрации президента.
И, наконец, третьим было предложение ликвидировать нелюдя из бывшего карательного отряда «Кракен» ВСУ Щербаня, сбежавшего от правосудия в Польшу.
Разговор состоялся при подчинённых Тараса, о чём он сразу предупредил полковника, и тот вынужден был согласиться, потому что все они так или иначе должны были участвовать в операциях.
Сидели в кружочек вокруг пня под тентом столовой, превращённого в столик.
В небе появились облака, но это никак не отражалось на погоде: было жарко, безветренно и душно, тень деревьев почти не спасала. Пили воду из привезённых бутылей «Черноголовки», обливали ею головы.
– Я бы выбрал этого гада Мордобьёва, – сказал Шалва, мало страдающий от жары в силу национального происхождения. – Сколько он нам крови попортил!
– Я тоже, – сказал дипломатичный Солоухин.
Ларин понимающе прищурился, заметив морщину на лбу командира.
– Мне нужна полная инфа о нахождении убийцы в Польше, – сказал Тарас.
Матоличев, вытиравший потное лицо платком, кивнул:
– Начнёте с этого сбежавшего мерзавца?
– Подумаю.
– По данным внешняков он засел на военной базе «Винцент» под Бранево. Это городок в гмине Бранево, Браневского же повята, который находится в пятидесяти пяти километрах от Калининграда. Щербань служит там инструктором по вождению военной техники. Прославился же он тем, что выкладывал в деревнях Украины наших пленных солдат рядком и проезжал по их головам на БМП.
Бойцы переглянулись. Тарас остался сидеть неподвижно.
– Кроме того, он отличился и в других инцидентах с пытками мирных жителей, – добавил Матоличев.
– Мне нужны точные данные, – сказал Тарас. – Вплоть до туалета, куда он ходит.
– Вряд ли он ходит в общий туалет, – мрачно проговорил полковник, – но попробуем.
Тарас понял, что командир РОВ в чём-то сомневается.
– Чтобы добраться до цели, даже мне потребуется точная локализация местонахождения объекта, буквально до полуметра. А то и до сантиметра. Никто не должен догадаться о похищении клиента таким способом. Убивать его я не стану, уже говорил. Поэтому нужны исключительно точные координаты.
Матоличев налил в ладошку воды, вылил на голову, вытер влажным платком.
– Это зависит от наших парней за границей. Но я уверен, что они сделают всё возможное. Когда сможете отправиться?
– А вот это действительно зависит от разведчиков. Может быть, других клиентов достать легче?
Штопор, Ларин и Солоухин озадаченно посмотрели на Лобова. До этих пор он никогда не был настолько пренебрежителен к людям, даже к таким врагам, как украинские фашисты.
Матоличев подумал, достал лэптоп величиной с ладонь, раскрыл виртуальные экран и клавиатуру.
– В Главштабе окопался, – сказал он после поиска информации, – ваш преследователь Варягин. Материал практически готов, грешков за ним много, не считая охоты за вами.
– А вы продумали последствия? – вежливо спросил Михаил.
– Какие последствия ты имеешь в виду?
– Допустим, мы его умыкнём и доставим вам. Дальше что? В СИЗО генерала не посадишь, до суда дело не дойдёт, потому что такие негодяи действуют стаей. А вас, да и нас тоже, прищучат подручные Варягина.
– Значит, его самого надо прищучить, – проворчал Шалва Топоридзе. – А перед этим вбросить в Сеть материал о грешках, как вы изволили выразиться. Чтоб народу было ясно, за что казнят таких предателей.
Матоличев задержал взгляд на лице Тараса, казавшемся расслабленным и расслабленным.
– Ты того же мнения?
Тарас покачал головой:
– Лейтенант прав, таких надо мочить в сортире.
Бойцы с некоторой оторопью посмотрели на него.
