Он решил не вдаваться в подробности и сказал, что приехал по службе, – будучи человеком, который всегда старался уйти от прямого ответа, он сперва нахмурился, после чего неохотно выдавил из себя улыбку.
«Не умеешь обманывать – так не берись, зачем ставить себя в дурацкое положение? У тебя ведь на лице все написано, неужели не знаешь?» – неоднократно насмехалась над ним мама-директор.
«Почему не знаю? Конечно, знаю, – отвечал он, – но это моя природная особенность, и поскольку меня это не напрягает, меняться я не собираюсь. Сознательный показ своих чувств – это тоже своего рода позиция, к тому же это вызывает у людей какую-никакую, а симпатию».
И действительно, когда отец принимал дома визитеров, те мало того что не обращали внимания на выражение его лица, так еще и просительно улыбались, сочувственно входя в его положение.
Когда отец сказал, что приехал в Шэньчжэнь по службе, на его лице появилось именно такое выражение.
Поэтому я догадалась, что он пожаловал именно по мою душу.
Отец сказал, что уезд Юйсянь должен наградить меня за то, что своим супермаркетом я сделала рекламу всему Шэньсяньдину.
Он произвел инспекцию магазина, расспросил о доходах и одобрительно закивал:
– Неплохо, неплохо, у моей дочери собственный бизнес.
– Ну, бизнес – это громко сказано, это всего лишь способ заработать на жизнь, – ответила я.
– Многим молодым людям заработок дается очень нелегко, – наставительно произнес он. – Став индивидуальным предпринимателем, каким бы скромным ни было твое дело и каким бы заурядным ни выглядело, ты должна относиться к нему серьезно. Без должного усердия любое дело обречено на провал. Любой бизнес начинается с малого.
Я уже так давно не слушала его наставлений, что мое сердце наполнилось радостью.
Взглянув на пристроенный этаж, он спросил:
– Так, значит, ты со своей подругой Ли Цзюань спишь наверху?
– Да, – ответила я.
По его тону я поняла, что он все еще не развеял сомнений относительно нашей ориентации. Но меня это никак не задело, я лишь чувствовала, что папа-мэр смешной и очень милый.
– Можно подняться посмотреть? – спросил он, глядя наверх с выражением вежливого детектива.
– Конечно, можно, прошу, – с готовностью ответила я.
Поскольку он был мужчиной рослым, то передвигаться по спальне ему бы пришлось разве что по-пластунски. Поэтому он не стал чрезмерно любопытствовать, вовремя остановился на ступеньках и лишь окинул комнату взором.
К тому времени я каждую ночь проводила вместе с Сяном, поэтому наши матрасы были сдвинуты вместе.
Когда он коснулся ногой пола, я заметила, что лицо его полно беспокойства и печали. И, как и всегда, он даже не собирался этого скрывать.
Только было я собралась объяснить, что к чему, как в магазин вошел Сян.
Я тут же представила его отцу:
– Это мой молодой человек, можно даже считать, что будущий муж.
– Правда? – серьезно переспросил он.
Гао Сян уже давно был наслышан от меня о приемном отце, поэтому уже догадался, кто перед ним стоит, и, улыбнувшись, сказал:
– На самом деле свидетельство о браке – это единственное, чего не хватает нашим отношениям.
Слова Гао Сяна окончательно развеяли подозрения отца касательно моих лесбийских наклонностей. А ведь это подозрение портило ему настроение, словно застрявшая в горле рыбья кость. Появление Сяна избавило меня от необходимости что-то объяснять; а самое главное, отец вдруг просветлел и с его лица наконец-то исчезло мрачное выражение.
Мужчины представились друг другу, при этом не только обменялись рукопожатием, но даже обнялись.
Услышав, что Гао Сян фотограф, отец заинтересовался и напросился к нему в мастерскую.
В фотостудии Сян выложил изданный им фотоальбом с монографией, а кроме того, показал будущему тестю свои дипломы, отчего тот пришел в бурный восторг и даже не сдерживал свою радость.
За ужином они о чем только не говорили: и о фотографиях, и о пейзажах разных мест, и о климате, и о бытовых привычках разных народов, и об охране исторических памятников, и об экономике в сфере туризма, и о борьбе с бедностью, и еще много-много о чем. Разговор был настолько увлекательным, что не прерывался ни на минуту, я едва могла вставлять отдельные фразы.
Ночевал отец в фотостудии вместе с Гао Сяном. Это в который раз доказывало, что так называемая поездка по службе являлась не иначе как выдуманным предлогом – если бы он приехал в Шэньчжэнь по делам, то сложно представить, чтобы человек его статуса остался бы на ночевку у частного лица.
На следующее утро, едва увидев меня, отец радостно воскликнул:
– Дочка, отец поздравляет тебя, ты нашла идеальнейшую половинку!
Уж не знаю, о чем там они еще говорили с Гао Сяном, но у отца возникло ощущение, что он встретил настоящего друга, он был очень этому рад и жалел лишь о том, что этого не произошло раньше.
После обеда он вызвался навестить Ли Цзюань.
Его просьба не имела никакого отношения к его прежним подозрениям относительно наших связей. Поэтому веских причин запретить ему идти в больницу у меня не нашлось.
Ли Цзюань уже окрепла и могла садиться, чтобы поговорить.