| The smile was gone. | Улыбка сошла с его лица. |
| And what now? | И что теперь? |
| What did the future hold for him? | Что уготовило ему будущее? |
| In a week would she still be here with him, or crumpled in the never cooling fire? | Что будет через неделю? Будет ли она все еще здесь, или же будет сожжена на вечном погребальном костре? |
| He knew that, if she were infected, he'd have to try to cure her whether it worked or not. | Он понимал, что если она инфицирована, то он должен будет сделать все возможное, чтобы вылечить ее, вне зависимости от результата. |
| But what if she were free of the bacillus? | А что, если этих бацилл у нее не окажется? |
| In a way, that was a more nerve-racking possibility. | Эта возможность, пожалуй, сулила не меньшую нервотрепку. |
| The other way he would merely go on as before, breaking neither schedule nor standards. | Так бы он жил себе и жил, следуя своему обычному распорядку... |
| But if she stayed, if they had to establish a relationship, perhaps become husband and wife, have children- | Но если она останется... Если придется устанавливать с ней какие-то отношения... Может быть, стать мужем и женой, рожать детей... |
| Yes, that was more terrifying. | Такая возможность, пожалуй, пугала его гораздо больше. |
| He suddenly realized that he had become an ill-tempered and inveterate bachelor again. | Он вдруг ощутил в себе болезненно раздражительного, косного мещанина, упрямого холостяка. |
| He no longer thought about his wife, his child, his past life. The present was enough. | Он и думать уже позабыл про жену и ребенка, оставшихся в прошлой его жизни, и настоящего ему было вполне достаточно. |
| And he was afraid of the possible demand that he make sacrifices and accept responsibility again. | Он испугался, что ему снова придется жертвовать и нести ответственность, и не хотел, боялся разделить свое сердце - с кем бы то ни было, не хотел снимать с себя те оковы одиночества, к которым он вполне привык. |
| He was afraid of giving out his heart, of removing the chains he had forged around it to keep emotion prisoner. He was afraid of loving again. | Уж лучше оставаться узником, чем снова полюбить и стать рабом женщины... |
| When she came out of the bathroom he was still sitting there, thinking. | Когда она вышла из ванной, он все еще сидел в задумчивости. |
| The record player, unnoticed by him, let out only a thin scratching sound. | Он даже не заметил, что на проигрывателе крутилась отыгравшая пластинка и игла с легким треском скоблила ее. |
| Ruth lifted the record from the turntable and turned it. The third movement of the symphony began. | Руфь сняла пластинку с диска, перевернула и вновь поставила ее - третью часть симфонии. |
| "Well, what about Cortman?" she asked, sitting down. | - Ну, так что про Кортмана? - спросила она, усаживаясь. |
| He looked at her blankly. | Он озадаченно посмотрел на нее. |
| "Cortman?" | - Кортман? |
