В доме Чо Ури были одна спальня, гостиная, которая служила также и кухней, и одна ванная. Я, будучи незваным гостем, не мог занять единственную комнату. Ничего больше не говоря, я собрал комиксы и аккуратно сложил их в углу гостиной. А затем сел на диван. Меня поприветствовали скрип и кучка пыли.
Мы, забрав из убежища Жнеца все, что можно было бы посчитать доказательствами, погрузились в «Матиз» и приехали сюда. После этого прошло около часа. В прихожей были свалены вещи Жнеца – заметки, чертежи и системный блок компьютера. Я не стал смотреть их сразу, так как хотел сначала упорядочить свои мысли. Кроме того, мне нужно было время, чтобы утихли печаль и гнев. Чтобы выдержать их тяжесть, мне приходилось подавлять темные эмоции, которые так и норовили захлестнуть меня, поэтому мне не оставалось ничего, кроме как болтать. Я должен был либо ломать голову и рассуждать, либо ныть и выплескивать свой гнев. Из этих двух вариантов я выбрал первый.
– Как бы там ни было, нужно выяснить, в чьем теле переродился Жнец.
Именно. Это было самым важным. Если все предположения указывают на одну истину, то и действовать придется, опираясь на эту истину. По крайней мере, об этом говорило все, что я изучил и испытал.
– Сонбэ, я с вами согласна. Но знаете, что сейчас более срочно?
Задавая этот вопрос, Чо Ури встала со стула. Я отрицательно покачал головой. Слегка вздохнув, она продолжила:
– Ваша безопасность. Вы ведь сейчас… У Пхильхо. Ха-а. Сказала это и теперь чувствую себя еще более неловко. Короче, полиция изо всех сил пытается поймать У Пхильхо. Статьи тоже появляются одна за другой. Поэтому никуда и ни за что не ходите в одиночку. Хорошо?
– Я знал, что все будет так.
Ситуация разворачивалась в точности, как я и ожидал. Полицейский и человек, как предполагается, Жнец, умерли, не оставив никаких доказательств. Да еще и от удара молнии, что выглядит весьма драматично и эффектно. СМИ с удовольствием бы рвали, кусали и смаковали подобный инцидент. Чтобы хоть немного замять его, нужно было отвлечь интерес людей чем-то другим. Побег из морга подозреваемого в убийстве, который к тому же уже привлекал внимание своим мотивом личной мести, мог стать вполне неплохой темой. Сейчас полиция, вероятно, давит на то, что У Пхильхо – очень опасная личность.
– Для начала я поеду на работу и понаблюдаю за ситуацией. А вы пока немного поспите и набейте желудок. Хотя единственное, что можно съесть, – это рамён в стакане. Кстати! Компьютером можете пользоваться так, как хотите, но не открывайте все папки подряд.
Я кивнул Чо Ури, которая говорила с чертовски серьезным лицом.
– Хорошо. Не волнуйся, сейчас я не настолько свободен, чтобы совать нос в личную жизнь других людей.
– Сонбэ, но вы уверены, что это правда лучший вариант?
Я прекрасно понимал, о чем беспокоится Чо Ури. Еще до того, как мы покинули склад Жнеца, она намекнула, не лучше ли доверить это дело ей. А это означало, что вмешалась бы полиция. Они бы обыскали каждый уголок склада и получили гораздо больше информации о Жнеце…
– Конечно, было бы хорошо заручиться помощью полиции. Но будет ли этот процесс гладким? Чтобы выяснить, действительно ли я переселился в тело У Пхильхо, потребуются дни, нет, даже недели. Ты ведь и сама знаешь, что полиция никогда не вмешивается, если нет веских оснований. А тем временем Жнец будет с комфортом жить в теле кого-то другого, о ком мы даже не в курсе. А моя жена и Джихе будут где-то гнить. Я… Даже одна мысль об этом мне невыносима.
Чо Ури, выслушав меня, вздохнула, словно признавая, что тут ничего не поделать.
– Я понимаю, о чем вы, просто мне некомфортно. Некомфортно, и все.
– Что?
– Да все это. Честно говоря, даже сейчас мне трудно полностью в это поверить. Такое чувство, что я вдруг попала в фэнтези-манхву, пока ела хэджангук. Вот мне и некомфортно, потому что я не могу спрогнозировать, что будет дальше. Сонбэ, вы же сами говорили… Расследование – это процесс сокращения числа переменных. Но сейчас этих долбаных переменных слишком много. Ладно, я пошла. – Выговорившись, Чо Ури направилась к входной двери.
– Будь осторожна. А я никуда отсюда не денусь.
Чо Ури, помахав мне рукой, уже собиралась открыть входную дверь, как вдруг остановилась и повернула голову. А затем сказала с лицом, еще более серьезным, чем тогда, когда говорила о папках:
– Ни за что не прикасайтесь к рамёну со вкусом кимчи[11], который стоит рядом со стаканами. Он мой. Если съедите его без разрешения, я вас выгоню!
Оставив это ужасающее предупреждение, детектив по расследованию уголовных преступлений отправилась на работу. Какое же облегчение, что мне больше нравится лапша со вкусом говядины!
Пока я думал о такой чепухе, по моей щеке безо всякого предупреждения скатилась слеза. Я немного поплакал в доме без хозяйки. Совсем чуть-чуть.