- Ты думаешь, кто-то посмел бы преградить мне дорогу? - скептически фыркнула она. - Все давно считают нас любовниками, хоть ты ни разу не пожелал меня, за все эти семь долгих лет. А между прочим, я пожертвовала ради тебя всем, Вил! Уютным домом, титулом и выгодным замужеством! А что взамен, кроме войны и неудобств походной жизни? Что получила, кроме боли и тоски одинокого сердца?
- Так ты об этом хочешь говорить со мной среди ночи? - мягко снимая со своего тела ее руку, спросил Павил. - И что ты хочешь от меня? Чем не устраивает тебя жизнь в Таргасе?
- Тебе уже за сорок, Вил, мне двадцать восемь, - горячо продолжила ханайка. - Я была рада, что ты бросил, наконец, ремесло наемника, остался здесь и занял место повелителя. Но - целый год прошел, а ты все не решаешься объявить себя Государем! Скажи, ну что тебе мешает? Давай поженимся, родим детей и дадим начало новой королевской династии!
- С ума сошла? Мы боевые товарищи, прошедшие немало испытаний вместе! Ты мой единомышленник, соратник, проверенный в боях опытный воин, на которого могу всецело положиться, я безмерно уважаю тебя и ценю, но не в качестве жены, черт возьми! Да я вообще подчас забываю о том, что ты женщина! И разве я когда-то обещал тебе…
- Вил, я люблю тебя, люблю уже давно! - прервала ханайка, закрывая ему рот ладонью. - Чем я тебе не хороша, скажи! Я жду тебя уже семь лет, жду и надеюсь, что ты увидишь, наконец, во мне женщину, а не воина, что позовешь и сделаешь своей! Давай попробуем, Павил! Ты можешь не любить меня сейчас, но все равно - не отвергай! Хочу отдать тебе не только любящее сердце, но и тело!
Она потянулась к нему с намерением страстно поцеловать и повалить на ложе, но Павил резко отклонил ее от себя и сел в постели. Лицо его посуровело, между бровей легла глубокая складка.
- Чем не устраивает тебя жизнь в Таргасе? - повторил он уже заданный прежде вопрос. - Я дал тебе высокий пост, по справедливости вознаградив за верность. Ты имеешь власти больше, чем другие, но уже не первый раз говоришь о том, что недовольна. С тех пор, как мы обосновались здесь, ты очень изменилась, неожиданно открывшись мне совсем с другой стороны, и я не знаю, как на это отвечать. Ты хочешь царствовать, тебе нужна корона? Тогда зачем же ты за мной пошла? Ты знала, кто я и какую жизнь веду.
- Ты не ответил, Вил, - упрямо заявила принцесса. - Мы победили и Таргасу, и Цахир. Династии погибли, наследников не осталось. Что же мешает тебе провозгласить себя королем, жениться на мне и править этими землями как единоличный повелитель? Я молода и хороша собой, меня желают многие мужчины. Так почему же не желаешь ты?
- Маль, для меня ты только боевой товарищ, - вздохнул генерал, в тусклом свете ночника вглядываясь в глаза принцессы, - я был уверен, что и ты относишься ко мне, как к командиру. Что же касается наследников, то у Таргасы есть законный…
- Снова про чертова раба! - не дослушав, зашипела змеей ханайка. - Вот уж не думала, что мне придется соперничать за твое сердце с мужчиной! Он сгинул в подземелье год назад, а ты еще надеешься его найти? Зачем тебе Або, забудь о нем, в конце концов! Этот придурок выбрал сам свою судьбу, народ его уже забыл, смирившись с тем, что во дворце теперь другой хозяин! Нам предназначено судьбой возвыситься над миром и взойти на трон! Подумай, милый, и прими свое предназначение. Довольно мыкаться по миру черным коршуном войны и разрушений, пора осесть и завести семью.
- О чем ты говоришь, Мальина? Что с тобой творится в последнее время?
- Старею, милый, - сбавив тон, игриво засмеялась ханайка, - хочется пожить, как женщина, в любви и мире. Здесь, в этом благодатном крае мы можем получить все, что заслужили за годы мытарств и лишений. Надеюсь, ты подумаешь и согласишься со мной, любовь моя, - теперь из голоса и поведения женщины полностью исчезли и гнев, и досада, она выглядела вполне довольной и счастливой. Прежде чем Павил догадался о ее намерениях, она быстро склонилась над ним и коснулась губами гладкой кожи на плече, потом соскочила с постели и пошла к двери. - Я много выпила вчера, потому и осмелела. Но все, что я сказала, это правда, Вил…
Эти перепады настроения Мальины, повторяющиеся все чаще, ставили генерала в тупик. Она всерьез желает царствовать? Вот это новость! Он дал ей пост военного министра и неограниченную власть в войсках. Возможно ли, что это было роковой ошибкой? Но Маль всегда была его правой рукой, он привык безоговорочно доверять ей, и принцесса ни разу не подвела его, не струсила и не отступила, на деле доказав, что имеет боевые качества гораздо лучшие, чем у многих мужчин. Так отчего теперь она ведет себя так странно?
Утром он первым делом вызвал к себе Селима, давно уже переставшего быть для него просто оруженосцем. На опыт и проницательность этого человека Павил полагался больше, чем на себя, советуясь с ним по самым сложным и запутанным личным проблемам.
- Я знаю, ты негласно наблюдаешь за Мальиной, - без лишних слов приступил он к делу. - Тебе не показалось что-то странным в ее поведении?
