Голодней – и бесприютней —
Как могла я отказать ей?
А она – не прочирикав
За мою-то крошку хлеба —
Подхватила дань – вспорхнула —
И назад вернулась – в небо —
Нечаянная радость —
Синичью трель подслушать,
Она – как ветер – гладит
И возвышает душу —
Невольное сиротство —
Когда блаженство слепо —
Бездумно – отдается
Первоосновам Неба.
Утратив все в краю родном,
Я вдаль глядел уныло.
Но в край чужой – вослед за мной
Отправилась – Могила.
Приехал я – нашел ночлег —
Вхожу – о, неужели?
Могила – обогнав меня —
Спит на моей постели.
Встаю – она уж на ногах —
Я в дверь – Могила следом —
В любой толпе меня найдет
И отдых ей неведом.
Я гнал ее – лупил – топил
В вине – и вот расплата —
Могиле – крышка. Но в мозгу
Теперь торчит – Лопата.
Чье сердце – королевский Двор —
Тому любой – Монарх —
А бедность принцев обсуждать
Негоже в сих стенах.
Никто не может низложить
Того – кто сам готов —
Судьбы избранник – пурпур свой
Стряхнуть к ногам врагов.
Читаю я весь день
Бессмертья бюллетень —
Нет лучше новостей.
Взираю я весь день,
Как вечность предо мной
Отбрасывает тень.
Встречаю я весь день
Лишь Бога одного —
Меж нами – вещество.
Вот – вкратце – то, что есть.
Случится что еще —
Пришлю немедля весть.
Все невозможное пьянит
И возвышает дух —
Возможным ограничь его —
И яркий луч – потух.
Вино безвкусно – если в нем
Ингредиентов нет
Таких, как Риск и Рок – они
И создают букет.
За горстку крох не станет Дрозд
В руладах рассыпаться —
Но имя леди занесет
В серебряные святцы.
У этих неженок земли
В их жизни быстротечной
Одна мечта – отдать себя
За тень улыбки встречной.
Мы вырастаем из любви
И прячем вещь в комод —
Пока на бабушкин фасон
Вновь мода не придет.
Награды все стяжает гроб,
Упрям, хотя не скор.
Он доведет нас до венца —
Наш первый ухажер.
Любовь – древнее жизни —
И старше смерти – в ней
Первопричина мира
И экспонента дней.
В компании высоких Звезд
Я отроду немела —
На их привет, на их вопрос
Молчала оробело.
Но Звезды мудрые меня
Грубьянкой не считали —
Они почтение всегда
В лице моем читали.
Все забыв – могла я думать
Лишь о нем одном —
Все забросив – незнакомца
Принимала в дом —
Не богат он и не знатен
И не знаменит —
Гость мой – он в себе иное —
Лучшее – таит.
Дом исчез – и лиц не стало —
Целый мир – затих —
Гром – гремел ли – день – сиял ли —
Я не слышу их —
Жизнь – как камушек – швыряю
В темную волну —
Думаешь, я плачу, милый —
Жалуюсь – виню?
Смерть – это разговор двоих —
В ней спорят Дух и Прах.
Смерть говорит – «Все в мире тлен» —
А Дух – «Как бы не так».
Смерть спорит – бьется об заклад —
Но Дух стремится прочь,
Свой бренный прах – как ветхий плащ —
Отбрасывая в ночь —
Не всяк умерший молодым
Безвременно поник —
Бывает юноша – седым,
Ребячливым – старик.
Судьба свершается над тем,
Кто стать собой успел —
Деяний счет, а не годов
Решает – кто созрел.
Далеко Господь уводит
Своих лучших чад —
Чаще – сквозь терновник жгучий,
Чем цветущий сад.
Не рукой – драконьим когтем —
От огней земных —
В дальний, милый край уводит
Избранных своих.
Что нам потребно в смертный час?
Для губ – воды глоток,
Для жалости и красоты —
На тумбочке цветок,
Прощальный взгляд – негромкий вздох —
И – чтоб для чьих-то глаз —
Отныне цвет небес поблек
И свет зари погас.
Я не жила среди болот
И моря не видала —
Но вереск представляю я
И знаю силу шквала.
Я не бывала наверху
У Бога – но заране
Так верю в эти Небеса —
Как будто план в кармане.
Зола есть памятник Огня —
Пусть догорел он весь —
Почти молчаньем эту жизнь,
Что трепетала здесь.
Огонь живет как свет – пока
Но выйдет весь в расход
И станет окислом – каким,
Пусть химик разберет.
Смерть, отопри врата —
Впусти своих овец!
Скитаньям положи предел,
Усталости – конец.
Твоя овчарня – ночь,
Озноб и тишина.
Невыносимо Ты близка —
Немыслимо нежна.
Все люди – тайна для меня —
Содержится во всех
Один незаданный вопрос —
Не пуст ли сей орех?
Попробуй сразу угадай!
На вид – совсем неплох —
Для белочки и для меня —
Подарок ли? Подвох?
Награды щедрой от судьбы
Душе не стоит ждать —
Но иногда – как повезет —
Возможно получать
Подачки – на которых ей
Удастся как-нибудь —
Усердно экономя —
До рая дотянуть.
Природы постоялый двор
Распахнут круглый год —
Для жаждущих и зябнущих
Сюда – свободный вход.
Гостеприимство – вот ее
Единственный закон —
Для нищеброда и пчелы
Равно годится он.
Усталым, алчущим – свой хлеб
Она подаст всегда.
Две вывески над ней – рассвет
И первая звезда.
В четыре с четвертью утра
У рощи на краю
Несмело зяблик просвистал
Гипотезу свою.
В пять с четвертью эксперимент
Был – в целом – завершен
И песенки лихой почин
Воспринят как закон.
В семь с четвертью уже – гляди! —
Ни тайны, ни творца —
И снова мир, как колесо,
Понятен до конца.
Жужжанье пчел умокло,
Но воздух не уснул —
В нем чудится какой-то
Потусторонний гул.
Последнее цветенье
Непрочно – только дунь!
Вот Откровенье Книги той,
Чье Бытие – июнь.
Свершилась перемена,
И выдохлось тепло,
Как при уходе друга —
Молчание легло.
И наших тайных мыслей
Невидимая нить —
Становится нам ближе,
Чем люди могут быть.
У ветра функции просты —
В пруду взъерошить воду,
Вздуть паруса,
Накликать март,
Провозгласить свободу!
