Издалека я узнала Крис. Блондинка была вусмерть пьяна и символично держала в наманикюренной руке стеклянную, почти пустую бутыль. Одета девушка была в привычной манере: никакой футболки или майки, только красный лифчик, короткие джинсовые шорты, а на тощих ногах — кожаная портупея, из ремешка которой небрежно торчала рукоять небольшого ножа. Распущенные длинные волосы были измазаны в непонятной цветной смеси, словно эта непутевая пролила на них то ли фруктовый сок, то ли что-то покрепче, и прилипли к смазливому лицу, испачканному косметикой и потекшей тушью.
Шатаясь из стороны в сторону, она не могла даже нормально устоять на двух ногах, ее коленки предательски подгибались. Блондинка побрела шаркающими шажками вдоль ряда клеток, нелепо прищуриваясь и что-то недовольно бормоча под нос. И даже в пьяном угаре она старалась держаться так, словно она здесь богиня, богиня всего этого свинарника. И ключевое слово здесь — «старалась».
Я внимательно следила за поведением Фостер в ожидании, когда она перестанет глазеть на боковые клетки и посмотрит на мою, единственную, стоящую в конце этого «коридора». Но Крис вдруг остановилась, продолжив пошатываться — ее лицо от непонимания превратилось в сморщенный изюм, и она, не заметив меня, вдруг выкрикнула:
— РОБИ!
Из-за угла показался какой-то пират с автоматом наперевес. Выглядел он более-менее трезво, скорее всего, в эту ночь была его патрульная смена, и по его, пускай и трезвой, но пиздецки недовольной роже это было прекрасно видно.
— Ну? — на отвали бросил он, с нескрываемым отвращением наблюдая за состоянием блондинки.
Пират уже заранее знал, что бухой подстилке его босса не понадобится что-то серьезное, и нет причины для беспокойства.
— А пф… — язык девушки заплетался, от чего ее вид еще больше вызывал отторжение. — А я не поняла… А… А где та русская дрянь? А?
Она нелепо обвела рукой вдоль ряда клеток, словно спрашивая, мол: «И где блять?»
Я напряглась всем телом.
Названный Роби небрежно кивнул ей за спину, тобишь, в сторону моей клетки, и попросил девушку отъебаться и больше не беспокоить его, а затем скрылся за углом разрисованного здания. Крис впилась в меня глазами, словно пытаясь разглядеть в темноте ненавистные ей черты моего лица, и, подойдя к моей клетке, присела на корты.
— Как тебе здесь? — пропела она, невинно улыбнувшись. — Хорошо?
Внутри зародился комок злости при виде этой лицемерной усмешки. И я улыбнулась в ответ. Защитная реакция. Должно быть, в ночной тени этот жест выглядел куда более устрашающим, нежели показушность Фостер. Да и моя улыбка была искренней, ведь то, что я ответила девушке в следующую секунду, заставило ее побледнеть на глазах.
— Хорошо… Но не так хорошо, как в комнате Вааса, — широкий оскал, несвойственный мне.
«— Я смотрю на тебя и вижу себя.»
Глаза психопатки в миг налились кровью, и она рывком просунула руку в клетку в попытке схватить мое лицо своими когтями, при этом издав нечленораздельный рык. Но у меня уже давно выработался рефлекс на такие резкие выпады в мой адрес, и я ловко отстранилась.
— МРАЗЬ! ТЕБЕ ЗДЕСЬ САМОЕ МЕСТО! Послушные овцы проживают свои никчемные жизни у хозяев, а упертые и жалкие, как ты — в клетках!
— То-то я и смотрю, ты своего хозяина уже нашла, послушная овечка, — очередной смешок сорвался с моих губ сам собой.
Лицо блондинки вновь опалило прилившей к ушам кровью.
— Мой… Как ты говоришь, «хозяин…» Дорожит мной, идиотка. А пф… А твой… вернее, твои… Будут тебя трахать и унижать, шлюшка, — заплетающимся голосом процедила она.
Блондинка смотрела на меня, слегка скосив взгляд. Видимо, я двоилась в ее глазах. В ответ на ее детский лепет я лишь сдержанно улыбнулась, прикрывая ладонью рот, и с иронией вспомнила о нашем с ним разговоре этим вечером…
Да никого эта бездушная скотина не любит.
Даже самого себя.
— Чего скалишься?
— Ничего, — бросила я, не желая продолжать этот тупой диалог.
— ВРЕШЬ, СУКА! — взбесилась Фостер, ударив по клетке. — За дуру меня держишь! Слушай блять сюда, русская шлюха. Я слишком долго зарабатывала его расположение и доверие. Сколько боли мне пришлось перенести, чтобы выжить и занять положение здесь. Я единственная девушка здесь, которая смогла стать пираткой. А ты приперлась на этот остров и решила, что так легко избавишься от меня? Думаешь, что сможешь забрать у меня Вааса и занять мое место?! Да что такая тупая малолетка, как ты, может сделать мне, а?!
— У тебя нет других интересов, кроме твоего ебыря? — перебила я девушку, искренне поинтересовавшись такой одержимостью.
— Тебя ебет?
Блондинка пафосно изогнула бровь и смерила меня взглядом с ног до головы, словно я выглядела дерьмом в ее глазах.
— Все, что тебе нужно усвоить, моя хорошая, что он — мой, ясно тебе?
— Я открою тебе тайну, «моя хорошая», — передразнила я слова Фостер. — Мне насрать, окей?
— Врешь… Врешь, гадина! — Крис вновь завела пьяную шарманку, ударив по клетке, и я устало вздохнула.
