Я не смог бы этого сделать, даже если бы захотел. Только не сейчас, когда он был здесь, такой теплый и желанный, подо мной. Только не тогда, когда в воздухе витал запах марихуаны, а в моей голове грохотало прошлое. Одежда оставалась на нас, но это не означало, что мы не могли вести себя как подростки, которыми когда-то были. Именно это мы и сделали. Тут, на моем диване, все еще полностью одетые, мы целовались и прикасались друг к другу, и это казалось нам восхитительной вечностью. Мы исследовали тела друг друга, пробовали плоть друг друга на вкус, удовлетворяли желания друг друга, как в детстве. Он был гибким и энергичным, и в его руках я чувствовал себя как в раю. Он реагировал на мои прикосновения так, что мне хотелось сделать еще что-нибудь. Иногда я запинался, беспокоясь, что проявится недостаток опыта, но он ни разу не дрогнул. Звуки, которые он издавал, и ощущение его рук в моих волосах подстегивали меня. Мы целовались до тех пор, пока у нас обоих не перехватило дыхание и мы не обессилели. Пока отчаянность и настойчивость наших толкающихся бедер не вытеснили из моего сознания все доводы рассудка. Пока потребность в оргазме не стала такой сильной, что я чуть не потерял контроль.
— Господи, — пробормотал я, прерывая наш поцелуй. — Нам нужно остановиться. Иначе я кончу в джинсы, как тогда, когда нам было по семнадцать.
Он улыбнулся мне, и в его глазах было лукавое приглашение. Он просунул руку между нами и обхватил мой ноющий член.
— Ты уверен?
— Уверен, — сказал я, хотя на самом деле это было не так. Мне хотелось целовать его вечно.
— Вместо этого мы могли бы пойти в спальню.
Забавно, что в такие моменты его южный акцент становился более заметным. И забавно, что мне хотелось забыть обо всех причинах.
— Нет. — Это было все, что я мог сделать, чтобы вырваться. Я сел, убирая волосы с лица и облизывая пересохшие губы. — Вообще-то, я бы сейчас не отказался от одного большого глотка.
Он рассмеялся.
— Теперь, когда ты упомянул об этом...
Он последовал за мной на кухню, и мы оба неловко попытались натянуть джинсы на члены, которые еще не совсем поняли, о чем идет речь. Я нашел в холодильнике «Спрайт» для себя. Он выбрал одну из газированных вод Наоми. Мы выпили в тишине. Только когда жидкость попала мне в горло, я понял, как сильно мне хотелось пить. Он так же быстро допил свой напиток.
Мгновение мы стояли, он наблюдал за мной, я старательно избегал зрительного контакта. Я понятия не имел, что теперь делать. Поцелуй с ним был для меня знаменательным, но, как бы мне ни хотелось сделать больше, я не мог.
Он шагнул ближе, вторгаясь в мое личное пространство, заставляя меня встретиться с ним взглядом. Он прижался ко мне, обхватив руками за талию, как будто хотел быть рядом, не пробуждая возбуждения, которое нам только что удалось утолить.
— Могу я задать тебе личный вопрос? — спросил он.
— Конечно.
— То, как ты прикасался ко мне....
По моей шее пополз румянец.
— Я делал это неправильно?
— Нет. — Он решительно покачал головой. — Просто... — Он заколебался. — Были и другие, верно? После меня?
Он знал. По тону его голоса я понял, что он уже догадывался об ответе.
— Вроде того.
— Вроде того? — подтолкнул он.
— Не совсем.
— Никого?
— В моем выпускном классе средней школы был парень. Двоюродный брат Елены. Мы немного дурачились, но... — Но никогда еще мне не было так хорошо, как в ту ночь с Ламаром, и когда Дэйв начал поговаривать о каминг-ауте, о попытке завести настоящие отношения после окончания школы, я заартачился. — И однажды, когда мне было лет двадцать пять или около того, я пошел в клуб в Денвере. — Я рассмеялся, вспомнив это. — Я так нервничал, что едва мог допить свое пиво. Я встал в очередь. Я думал, она в туалет. — Хотя, оглядываясь назад, я должен был догадаться. Очередь двигалась слишком медленно, чтобы стоять в очереди к писсуару. — Наконец, подошла моя очередь, и я вошел в дверь. И там был мужчина в ошейнике и на поводке, и больше ничего. А за ним стоял другой мужчина, держа поводок.
— Черт возьми!
— Да, примерно так я и сказал. И я повернулся, чтобы уйти, но парень, державший поводок, сказал: «Не уходи пока, красавчик».
— И что?
Я покачал головой, жалея, что не могу передать, насколько ошеломленным я себя чувствовал, будучи запертым в шкафу, как в переносном, так и в прямом смысле, и чертовски возбужденным в придачу, а потом мне представилась такая эротичная и простая возможность.
— Он сделал мне минет.
Ламар рассмеялся, не отстраняясь, но отступая на шаг, чтобы лучше разглядеть мое лицо.
— Вау. Я думал, что такое случается только в сказках.
— Очевидно, нет.
— И как это было?
— Это было потрясающе. — И так оно и было. Не только из-за чисто сексуального удовольствия от того, что он сосал мой член, но и из-за осознания того, что это делал мужчина. Ощущение его заросшего щетиной подбородка на моей мошонке довело меня до предела. Я кончил на удивление быстро.
— И это все? — Спросил Ламар, явно удивленный.
— Именно.
— Ты никогда...
— Что?
На этот раз покраснел он сам.
— У тебя никогда не было секса с другим мужчиной?
