Тогда я в конце нашего чаепития сказал им такую речь: «Уважаемые мои старички, я отношусь к вам с большим уважением, всё-таки отслужить почти три года а это не просто, но я всё-таки прошу вас, чтобы вы помогли мне навести порядок в роте, прежде всего своим поведением, четким выполнением распорядка дня и приказов командиров, — и дальше, — всё-таки вы находитесь в действующей армии, а в ней приказов никто не отменял, и хотите вы или не хотите, а выполнять вы их обязаны, до тех пор, пока находитесь в армии. Меня назначили старшиной для того, чтобы я навёл порядок в роте, и хотите вы этого или нет, я это сделаю, но мне хотелось бы навести порядок с вашей помощью. И последнее, я думаю, вам будет не все равно, какую вы роту оставите после себя, боевую единицу батальона и полка или раздолбанную братию, которая у нас существует в настоящее время».
Я закончил свою речь, и в каптёрке наступила тишина, я подумал, что первый её должен нарушить Клопатюк, так и случилось. Он, не поднимаясь со скамейки, сказал: «Ну, а чё, хлопцы, давайте послужим, как положено, и поможем старшине подтянуть дисциплину в роте, а то действительно не рота, а какой-то раздолбай. А эти салажата так обнаглели, что мы, старички, находимся в роте, а они в бегах, пора кончать с этим. Лично я старшину поддерживаю полностью, и буду ему во всём помогать, так что подключайтесь и вы. Все сидели, опустив головы, и молчали, а Клопатюк затем и добавил: «Ну, вот видишь, старшина, все согласны, так что не зря сегодня собрались».
На следующий день, утром на зарядку вышли все старички, только не было некоторых солдат, которые регулярно нарушали воинский устав. Рота построилась, стоит, а они не идут в строй. Тогда я сказал перед строем: «Будем стоять до тех пор, пока все не соберутся, и так будет всегда, рота должна быть единой». Постояли ещё немного, а их как не было, так и нет. Тогда Клопатюк и ещё два старичка, попросились выйти из строя и пойти поторопить солдат, которые не пришли в строй. Не знаю, как они их торопили, но солдаты пришли в строй, как мне показалось, с красными носами, и морщились, как будто от боли.
Когда все были в строю, я ещё раз напомнил о распорядке дня, и добавил, что этот распорядок дня придумал не я, а штабные работники полка, и этот распорядок утвердил командир полка, так что, если солдаты не выполняют распорядок дня, то значит, они игнорируют приказ самого командира полка, а за это последует наказание и очень суровое. Затем я немного помолчал и добавил: «Кто забыл распорядок дня, то может прочитать его у дневального, над тумбочкой. Он там висит в рамке. Надеюсь всем ясно?!!» — «Так точно!!!» — дружно ответил строй солдат.
