Вряд ли они будут разбираться перед входом, так как их там быстро разнимет милиция. Скорее всего пойдут за угол. Эх, Сергей Павлович, куда же ты полез-то и один?
Явно же это один из тех посыльных, которые сначала напрашиваются на драку, а потом отводят туда, где уже ждут три-четыре человека. Блин, а ведь ещё и Маринке попасть может. Она-то по любому вступится и огребёт леща.
Не, точно надо вмешаться!
Пока я пробирался через зал, они почти успели выйти. Я заметил, что они двинулись влево. Что же, там их и буду искать. Ледоколом прорвался через океан танцующих и выскочил наружу.
Заметил, как уходили за угол.
Блин, ну и скорость! Куда же так торопятся-то?
— Петя! Они туда пошли! — окрикнула меня Маринка, стоящая чуть поодаль. — Серёжа сказал, чтобы я не ходила за ними!
Глаза уже на мокром месте. Того и гляди расплачется. Значит, переживает. Это уже хорошо.
Я строго взглянул на неё:
— Так, внутри были дружинники, вот их можно позвать. Действуй. Объясни и проводи. Я пока постараюсь помочь начальнику!
Она кивнула и бросилась обратно в зал. Я же быстрым шагом направился в указанную сторону.
Когда я приблизился к углу здания, то услышал хекающие звуки. Значит, экзекуция уже началась.
Я выпрыгнул из-за угла и бросился разнимать дерущихся. Четверо против одного. Вообще нечестно!
Я откинул одного, дёрнул за воротник другого. Третьему вдарил с локтя по загривку, отчего тот отлетел в сторону. Сергей Ледоимцев сам успел зарядить четвёртому. Мы встали рядом, пока поднимались и отряхивались нападавшие.
— Вы чего, совсем охренели? — выкрикнул я. — Четверо на одного? Это вообще не по-самурайски!
— Ты кто, придурок? — просипел один из нападавших.
— Тебе паспортные данные нужны? Стой-стой, я же не просто так спросил! — выставил я вперёд руки. — Я же для убеждения, что ты не из милиции. А то вдруг вы тут пытаетесь задержать опасного уголовника, а я вам мешаю? Скажи, друг, ты опасный уголовник? — спросил я у Ледоимцева, повернувшись к нему, но не выпуская из вида остальных.
— Вообще не опасный. Я безопасный, — буркнул Сергей, сплёвывая кровь и вытирая губу.
— Вот, видите, он безопасный! — продолжал я валять дурака.
Надо было выиграть время, подождать, пока прибегут дружинники…
— Да чего вы с ними базарите? — выкрикнул тот невысокий, который выводил Ледоимцева. — Этот фраер издевается над нами! Гаси их!
Стоило только этому молодому парню открыть рот, как я сразу же узнал его. Да, голос изменился, но не сильно. Те же блатные интонации, тот же гонор…
А уж когда он бросился вперёд, заведя правую руку за спину, то я всё понял. Он дёрнулся к Ледоимцеву и тот не успевал ничего сделать!
Прыжок вперёд и футбольный удар между ног заставил согнуться нападающего. За его спиной звякнуло.
— Су-у-ука-а-а, — жалобно простонал невысокий, зажимая пах.
— Да ты че, козёл? — ко мне двинулись остальные, но в этот момент раздался переливчатый свисток со стороны входа.
— Менты! Дёргаем! — крикнул один из четвёрки.
Троица подалась в сторону кустов. Лежащий попытался приподняться, я наклонился к нему:
— Сухов Семён Валерьевич по кличке Сухой, я тебя спас от реального срока и даю тебе второй шанс. Образумься, заведи семью, устройся на нормальную работу. Не спускай свою жизнь под откос, чтобы потом не сдохнуть на тюремных нарах!
— Чего? — просипел он, пытаясь подняться.
Я протянул ему руку, параллельно ударив по лежащему на асфальте ножу и запуская его прочь в траву:
— Дарю тебе второй шанс. Измени свою жизнь, не вступай на преступную дорожку, она тебя никуда не приведёт. Попомни моё слово. А теперь… Вали!
— Давай, вали, — буркнул Ледоимцев. — И не попадайся больше.
Сухой, который ещё не успел стать вором в законе, зыркнул на меня прежде, чем начать убегать:
— Ну, мы ещё встретимся…
— Нет, это уже вряд ли, — покачал я головой. — Уже вряд ли…
В понедельник грянул гром!
Вот прямо в самом натуральном смысле. Жахнуло со всей дури и прогремело по Первой программе и по Второй. Телевизионные каналы прервали свои трансляции для важных сообщений о задержании преступников мирового масштаба! Меховая картель оказалась задержана едва ли не в полном составе!
Это в семьдесят четвёртом задержали около пятисот человек. В семидесятом схватили двести. Но и этого было невероятно много. С экранов серьёзными лицами светили Шелепин и Семичастный, как самые важные участники задержания.
Именно они с помощью комсомольцев и народной дружины смогли расследовать и разоблачить расхитителей государственной собственности!
Не КГБ! Не МВД, а сами граждане Советского Союза!
Это было сродни разорвавшейся бомбы. Чтобы без участия силовиков… Чтобы сами…
Такого масштаба в Союзе ещё не было. И главное — об этом сообщили! То есть не замолчали, не сделали вид, что ничего такого не было. Нет! Выдали в полном объёме и со всей предоставленной мной информацией.
Акция десяти евреев, которые собрались угонять самолёт на ленинградском поле, просто померкла по сравнению с этой невероятной новостью. Я сам присвистнул, когда узнал о таком!
