– Хорошо, мы найдём Наковальню, – хмыкнул я, также ощущая присутствие артефакта.
– Прекрасно, – гномка хлопнула в ладоши и исчезла в каком-то туннеле.
Я повернулся к соратникам.
– Теперь я могу перенести нас несколько вперёд, но дальше будет слишком много лириума в породе – перемещения станут небезопасны.
– Это неплохо, – хмыкнула Шейла. – Перемещай.
– Подойдите ближе, у меня не такие длинные руки, – хмыкнул я, смыкая руки на всех, кроме Шейлы. – За тобой вернусь отдельно.
Я дёрнул Завесу на себя, перемещая нас так далеко, как позволяли эманации активной зоны Наковальни к… Идолу?
– Лопни моя селезёнка, это же записи… – что собирался сказать Огрен, я не услышал, поскольку вернулся за Шейлой. Секундное перемещение…
– Огрен, – вернувшись, обратился я к гному, старательно карябающему что-то на своём листке. – Что ты делаешь?
– Это – записи о гномах, что добровольно стали големами. Считалось, что это легенда, однако…
– Шейла, а тебе это о чём-то говорит? – я повернулся к нашему голему.
– Боюсь, что ничего, – задумчиво пророкотал анимированный камень. – Но если будет возможность, я хотела бы изучить копию.
– Почему эти големы стоят на месте? – проронил Стэн.
– Не знаю, – отрицательно качнул головой я. – Может, спят? Или выключены, как Шейла?
Я подошел к самому крупному и с интересом присмотрелся к узору рун на поверхности… Которые внезапно засияли изумрудно-синим.
– Меня зовут Каридин, – отмер стальной голем, по броне которого забегали коронарные разряды и облачка ледяных газов, вырывающихся из сочлений тела голема. – Да, когда-то, так давно, что уже стёрлось из памяти, я был Совершенным для гномов Орзамара.
– Каридин? Совершенный кузнец? Живой? – подошедшая Шейла вложила в эти слова невероятное удивление.
– Ага, – понимающе протянул Каридин. – Я узнаю этот голос. Шейла из дома Кадаш, шаг вперёд.
– Вы… Знаете, как меня зовут? – задумчиво протянула бывшая гномка, даже не думая подчиняться приказу. – Значит, это вы выковали меня? Это вы дали мне имя?
– А ты всё уже забыла? – Каридин тяжело вздохнул. – Это было так давно… Я сделал тебя этим големом, Шейла, но раньше ты была гномом… Таким же, как я. Лучшей воительницей короля Валтора и единственный женщиной, которая согласилась на эксперимент.
– Единственной… Женщиной? – шок Шейлы можно было, казалось, проткнуть мечом. – Гномом?
– Я положил тебя на Наковальню Пустоты, здесь, в этой самой комнате, и придал тебе форму, которой ты обладаешь, – ответил Каридин, явно гордясь своим детищем.
– Наковальня пустоты. То, что мы ищем, – удовлетворённо произнесла Шейла.
– Если вы ищите Наковальню, то просто обязаны выслушать мою историю… – помрачнел Каридин. – Иначе вам придётся испытать её на себе.
– Это ведь ты создал её? – я с интересом прислушался к мелодии лириума, что менялась около видимого отсюда артефакта.
– Хотя я изготовил много вещей, славу и положение мне принесла единственная – Наковальня Пустоты, – с сожалением произнес Совершенный кузнец. – С её помощью я мог ковать гномов из стали и камня, гибких и умных, как и любой другой солдат. Объединенные в армию, они были непобедимы. Но я не рассказывал никому о цене. Ни у одного простого кузнеца, как бы умел он не был, не было сил создать жизнь. Чтобы вдохнуть в голема жизнь, мне пришлось забирать жизни откуда-то ещё.
– Три метра роста и неуязвимость? Бывает участь и пострашнее, – хмыкнул Давет, явно вспомнивший матку.
– Мой король сказал так же. Я собирался работать только с добровольцами, но ему было мало… И вскоре это место обагрили реки крови. Наконец, я не выдержал и отказался. И тогда Валтор отправил на Наковальню… меня.
– И ты заперся с Наковальней здесь, – утвердительно произнёс я, начиная понимать, что стало с тем его учеником, что перековал учителя.
– Да. Мои ученики сумели поместить душу мою в стальное тело, но не знали, как создать управляющий жезл. Посему я сохранил разум и свободу воли. С тех пор я оставался здесь, стремясь уничтожить Наковальню. Но ни один голем не может коснуться её. Её нельзя снова пустить в ход, – с грустью протянул голем.
– Нееет! Наковальня моя. Никто у меня её не отнимет! – со странной нежностью произнесла Бранка, с трудом вылезая из какого-то бокового лаза… Она даже не постеснялась оставить доспехи на другой стороне – для гнома очень необычно. А вот маленький кулон с изображением предка она не сняла. Я понимающе усмехнулся: вот куда делся ученик, что превзошел учителя****. Часть ученика – идея вложить кусочек себя в надёжное хранилище, давно была известна среди гномов и эльфов, но полностью забыта ныне всеми, кроме людей. Теперь становится понятна одержимость гномки: химику, открывшему секрет бездымного угля, не слишком близко желание послать на убой доверившихся ей гномов ради легенды, доказательств даже существования которой почти не осталось.
– Шейла… Однажды ты уже сражалась за то, чтобы уничтожить Наковальню. Не дай ей снова попасть в бездумные руки! – обратился с призывом Каридин, полыхая в эмоциональном спектре… Кажется, не всё было совсем так просто, как он рассказал.
