Кроме того, о собственности заботятся – по крайней мере, раньше заботились. А не бросают на произвол судьбы, выгребая всё, что может быть хоть сколько-то ценно. В Ферелдене и Орлее некоторое время назад гуляла очень наглядная поговорка: «где прошли армейские интенданты, мародёрам делать нечего». Да и сейчас… Если бы было, с кем поспорить, я бы поставил сотню золотых на то, что Логейн будет давить тех, кто может помешать ему усидеть на престоле – а орда порождений тьмы, пусть и несколько замедленная погодой и общей неторопливостью Архидемона, будет спокойно громить крестьян и беженцев.
Злые тевинтерцы создали эльфинажи? Верно. Горе побеждённым, как говорится… Но эльфинаж тоже бывает разным и то, что творят там сейчас как бы не хуже того, что было сразу после войны, когда эльфинажи были лагерями военнопленных, родину которых завоевали и разрушили, попутно залив кровью победителей и побеждённых.
Уничтожили страну и культуру несчастных ушастиков? Да даже просто глядя на отношение ушастой нелюди к людям, стоило бы задуматься, кто на кого напал. Эльфы растеряли почти всё своё могущество, лишились своей земле и обитают на территориях, что были много позднее отданы им сочувствовавшими людьми и гномами, но продолжают грязно ругаться и шипеть сквозь зубы на «глупых шемленов», а при случае не отказывают себе в удовольствии подстрелить человека-другого просто из спортивного интереса. Не видят никакой беды в том, чтобы обмануть шемлена, зашедшего торговать с ними и считают себя по праву рождения выше гадких людишек, что «отняли у них бессмертие». С чего бы им вести себя иначе, когда людишки не могли в ответ дать по зубам, а за ушастой поганью стояла мощь сильнейшего государства материка? Кстати, важный момент: эльфийские Долы и Элвенан – единственные государства Тедаса, что было уничтожены под корень за всю его историю. И не сказать, чтобы долийские маги и воины были нежными фиалками, падающими в обморок от вида крови: до сих пор, несмотря на прошедшие века, Хранители остаются вторыми по силе и искусству магами крови – после тевинтерцев, старательно развивающихся в этом направлении.
Интересный момент: жутких кунари, что в открытую бросают вызов Церкви, никто и не думает пытаться загонять в «кунарижи». Гномов, что откровенно плюют на власть людских монархов и иерархов в «гномитажи» никто не пытается загонять или истреблять, хотя, со времён Первого Мора, это вполне осуществимо силами даже одного, например, Орлея. А уж что можно творить с наземниками, за которых, если что, никто и не вступится…
Тевинтерских магистров, «кровавых монстров», что являются угрозой власти Церкви просто по праву существования, и тех не попытались истребить до последнего! Все санкции со стороны «цивилизованного мира» в ответ на откровенный посыл андристианства в Тень состояли в том, что «Черного Жреца» «оставили наедине с кунари». И уж точно никого из них не подозревают в преступлениях просто из-за расовой принадлежности… Кроме магов, конечно.
Возвращаясь же к Тевинтеру… Конечно, последующие поколения имперцев прислушались к тому, что все «соседи» считают их ужасными монстрами и решили, что раз уж ненавидят и боятся, так пусть хоть не просто так – тем более, магия крови и призывы всех мастей – сильнейшая магия из всех доступных широкой общественности. А нужда в мощном оружии у перманентно воюющей и раздираемой вялотекущей пародией на гражданскую войну державы более чем велика.
Процесс превращения вполне приятного для его жителей, хотя и теократического государства, поклоняющегося семи мудрым богам в страну «кровожадных чудовищ» начался ещё тысячу лет назад, занял не одно поколение, но ныне самое северное человеческое государство представляет собой не слишком радостное место.
Забавно, но современные обитатели севера гораздо ближе к «всемилостивому Создателю», чем церковники: в конце концов, магистр Банастор бежал из Империи после того, как за ним начали охотиться, узнав об экспериментах по скармливанию душ рабов и заключённых своим ручным демонам и разрушению душ для создания стабильных каналов в Тень.
Но это так, отстранённые размышления, неплохо помогающие скоротать путь по унылому королевскому тракту. А причина их вон, впереди идёт, покачивая нижними девяносто и вызывая у Кусланда и нашего храмовника обильное слюноотделение.
«Интересно», – подумал я, с научным интересом присматриваясь к этой парочке. – «Если предложить «по пути» завернуть в Жемчужину, они сильно будут отнекиваться? Алистер однозначно до последнего – у храмовником с сексом дело обстоит никак, да и у только рекрутированных Стражей тоже. А вот Айдан… Вряд ли вообще будет. Но как быстро её приняли, несмотря на милый характер!»
