Давешний подранок закашлялся и сплюнул кровью. Наконец, техника маскировки сработала и я исчез из восприятия врагов. Левая рука поднялась вверх: на пятна крови невидимость не распространяется, а демонстрировать ведьме владение магией крови… Мне всё ещё не хочется.
Стилет легко вошёл между шестым и седьмым позвонками невредимого хасинда, разрывая спинной мозг, а брошенный телекинезом кинжал пробил шею подранка сбоку. Ещё одна стрела неугомонного лучника по касательной чиркнула по спине. Я вернулся в невидимость и огляделся по сторонам. Лелиана отбивалась от какого-то бугая, неестественно подволакивая ногу, Морриган опустила стену, за которой пряталась, и теперь ловила удары меча на каменный доспех, используя посох как ударный инструмент, с конца которого раз в секунд пять срывались колдовские огни. Собственно, именно благодаря им двухметровый хасинд ещё и не смял хрупкую священницу…
Я как мог быстро двинулся к лучнику и без затей проломил ему череп рукоятью. Стилет упал на пол из разжавшейся руки, а я подхватил лук. Увы, мои навыки не позволяют держать в полёте шесть стрел так, чтобы первая уже пила кровь, а седьмая срывалась с тетивы, да и белке в глаз на слух попасть без магии не смогу, но много ли искусства нужно, чтобы попасть с десятка шагов? А когда от потенциального дружественного огня союзников защищает каменный доспех, проломить который не каждому двуручнику дано?
Первая стрела сорвалась в полёт и ударила противника ведьмы в нижнюю часть спины. Воин с воем отшатнулся от Морриган и на секунду зло обернулся ко мне… Очередной снаряд магии с посоха, против обыкновения, ударил его в голову, заставляя упасть от болевого шока. Когда сила природы выжигает тебе глаза, щёки и кожу головы до черепа – это очень больно.
Бугай впечатал кулак в грудь Лелианы и добавил ей мечом по руке, заставляя ту безжизненно обвиснуть, а девушку – тихонько застонать. Стрела впилась ему в спину напротив сердца, но явно не достала до жизненно важных органов… Каменный кулак ударил его в плечо и откинул в сторону. Следующая стрела пролетела в считанных сантиметрах от поднимающегося варвара. Ведьма чуть побледнела и пустила в него жиденькую молнию… А следующая стрела всё же пробила горло. Воин схватился рукой за шею, но прилетевший с посоха сюрприз поставил точку в его истории.
– Силы есть? – я мрачно спросил чуть пошатывающуюся ведьму, склоняясь над лёгшей на пол Лелианой. Сотрясение, открытый перелом лучевой кости, выбит коленный сустав… – Держи руку. Левую.
Я дождался, когда ведьма опуститься рядом и ухватится за пострадавшую конечность, и вправил сустав. Священница прошипела сквозь зубы что-то матерное на орлесианском, но не закричала.
– Молодец, – я одобрительно улыбнулся, насколько это возможно с учётом моей роли. – Помню, когда себе вправлял сустав в первый раз, так орал… Локоть.
– Я не всегда была послушницей. В Орлее… Не важно, – ответила Лелиана, коснувшись непострадавшей рукой лба. – Угх… А почему сам? Разве в Круге нет целителей?
– Есть, как не быть, – я посмотрел на то, как пальцы Морриган, окутанные бледно-голубым светом, двигались вдоль раны, заставляя кость медленно собираться назад. Очень тонкое заклинание, которое в бою применить… Можно, но эффективность будет невелика. Нужен серьёзный контроль, способность отбрасывать эмоции, игнорировать повреждения тела и концентрировать всё внимание на множестве непростых процессов – собственно, из-за этого такие деликатные чары, как смертельное проклятие, телекинетическое управление оружием и тонко настроенная потеря ориентации не применяется большинством магов в реальном бою. Такого рода концентрация есть лишь у тех, кто прошел ритуал Усмирения, менее известный как бдение. – Просто они не для всех желают… Напрягаться. Например, для личного ученика, такого милого в своей наивности, бесшабашности и простоте, не пожалеют и припарку потратить, и ауру очищения сплести. А для бывшего храмовника, не стремящегося загладить свой «грех» перед «обществом», не пожалеют лишь лириумного клейма.
– То есть ты… – бард заинтересованно подалась вперёд.
– Да, я бывший храмовник и Усмирённый, – я равнодушно ответил ей, сцеживая кровь главаря в склянку. – И нет, ритуал я прошел добровольно.
– Но чары применяешь ты, однако. И чуешь людей – ты даже не стал проверять, нет ли здесь кого ещё, – вмешалась в диалог ведьма. – Это весьма необычно, не находишь? А свойство ощущать биение жизни… Умею так я. Мать моя. Эльфийские хранители да демоны. И ты.
– Верно, – я ухмыльнулся, отбрасывая роль, и заглянул в глаза рыжей шпионки и перевёл взгляд на Морриган. – Есть такая… Организация, Искатели Истины. Их бдение – по сути, ритуал Усмирения, который обращают вспять с помощью касания духа. Это даёт им возможность сосредотачиваться на чём угодно чуть меньше чем полностью, применять некоторые способности храмовников, невидимость для глаз демонов… И, вместе с тем, никто из них не… Безразличен. И может колдовать, если умел раньше. Касание духа или демона восстанавливает связь с Тенью. Очень удобно, как по мне.
