Светильник давно погас, мир за окном спал, спал и Эребор, кроме глубоких шахт, где трудились в ночную смену. Бильбо ворочался в кровати, сон ускользал от него, как мыло в купальне.
И наконец, послышался гул отодвигаемой каменной двери. Торин тихо вошел, задвинув ее за собой. Тихо разделся, стараясь не разбудить Бильбо, и улегся в кровать, закинув руки за голову, уставился в потолок.
Бильбо молча подобрался к нему поближе, перехватил поперек груди и обнял, прижимаясь щекой.
- Не спишь? - прохладно заметил Торин.
- Не спится, - Бильбо устроился поуютнее у него под боком, выдохнул, почувствовав, как Торин крепко обнял его. Правильных слов по-прежнему не находилось, и Бильбо молча и часто дышал, обнимая Торина. Это было приятно, потому что тот не отстранялся, а едва ощутимо отреагировал на прикосновение: расслабился и выдохнул глубоко. И при этом Торин не норовил забраться на него сверху и отыметь, что тоже было приятно.
Почти невидимый в темноте Торин ровно и глубоко дышал, думая о своем. Пальцы его бездумно скользили по плечу хоббита, поглаживали и стискивали.
- Все будет хорошо, - пообещал Бильбо неожиданно для себя, - за самой темной ночью всегда приходит рассвет.
- Не для всех, - сказал Торин, стиснул его крепче.
- Кто знает, - проговорил Бильбо, обвил руками его шею, - что там, за тем горизонтом.
- Там все, кто ушел, - ответил Торин. В теплой, уютной темноте спальни ему не было горько говорить об этом. Не нужно было следить за каждым своим словом или жестом сейчас. Весь день стоически держал себя в руках, услышав в итоге обрывок разговора: “узбад - кремень, будто и не чувствует ничего”. Кремень. Торину было бесконечно больно, но он не мог и не умел это показать.
А сейчас стало полегче, будто остался один со своими мыслями. Хоббит не мешал вовсе, как он опасался. Молчал, тепло дыша в шею, лежал рядом, никуда не сбегал и не капризничал. Как будто что понимал.
- Надеюсь, там его встретят Фрерин, Дис, мама и бабушка, - вздохнул Торин, - как же тяжело было с ними прощаться.
- Да, - тихо сказал Бильбо.
Торин повернулся, посмотрел на него внимательно, разглядывая в темноте.
- Мои папа и мама умерли не так давно, - сказал Бильбо, - и я от тоски пустился в эту глупое путешествие.
Торин смотрел на него так, словно впервые увидел.
- Сколько же тебе лет? - спросил он, погладив его за ухом.
- По-нашему счислению, в следующем году достигну совершеннолетия.
Торин вдруг улыбнулся, впервые за весь день.
- Вот что бывает, если некому следить за ребенком, - проговорил он, прижимая хоббита к себе.
- У нас в Шире я и не думал об опасностях. А оказалось, стоит выйти за порог, и оглянуться не успеешь, как кто-нибудь протянет к тебе грабли. То есть, руки, - смущенно фыркнул Бильбо.
- А твои родственники? Что они сказали? - Торин обвел пальцем его линию брови, погладил под челюстью. Не из праздного любопытства спросил, интересно стало.
- У нас с родителями прекрасная нора. Мамины родственники звали к себе, но у них уж очень шумно, и много народу. А папина родня пыталась въехать ко мне и навязать опекунство. Но я успешно отмахивался, - сказал Бильбо, зажмурился от ласкового прикосновения. - Теперь-то они заняли мою нору!
- А чья в том вина? Ты ведь сам искал приключений на свой зад.
- И нашел! Но я хотел не таких приключений!
Бильбо фыркнул и взволнованно отстранился, потому что тема была опасной, но у Торина сейчас об этом голова не болела.
- А чего же ты хотел?
Бильбо молчал-молчал, а потом тихо сказал ему на ухо:
- Сражений. И не только, но я хотел повидать чужие земли, увидеть горы, повстречать настоящих друзей, понимаешь?
- Ты романтик, - догадался Торин, поглаживая его. Бильбо неопределенно дернул плечами.
- Возможно, я просто идиот.
- Ты странный, - решил Торин, - поначалу я думал, ты обычный оборванец из тех, что шатаются всю жизнь по дорогам, не имея дома, не зная имени своего отца.
- Я знаю имя своего отца! И могу нарисовать свое генеалогическое древо, если тебе интересно, - обиженно фыркнул Бильбо, - и я говорил, что у меня отличный, роскошный дом, по нашим меркам я респектабельный и уважаемый мистер Бэггинс из Бэг Энда.
- Бэг Энд - твой фамильный замок?
- Моя фамильная нора, - зафырчал Бильбо, - никакой я не оборванец, мне просто не повезло. От каждого может отвернуться удача!
- Не пыли, - усмехнулся Торин, - ты занимательный. Я думал, что знаю о тебе все.
- Ты ничего обо мне не знаешь, - сказал Бильбо, развернулся к нему спиной, втайне опасаясь, что Торин воспользуется этим. Но Торин только усмехнулся тихо и продолжил думать о своем.
***
