– Всегда можно прекратить любой самый тяжелый кошмар в своей жизни: стараться быть чуточку гибче. Самостоятельно, своими руками. Хотя бы замолчать во время ссоры, например, или извиниться за свои слова, даже если знаешь, что правда на твоей стороне. Нужно просто дождаться своего часа, – спокойно произнесла Гюльдерен, краем своего платка вытирая кровавые пятна с лица Ирины.
– А как же это ваше знаменитое «Kadınlar size Allahın emanetidir»? В переводе с турецкого языка эта фраза означает «женщины – это то, что доверено вам Всевышним». Эти слова принадлежат пророку Мухаммаду, ваши мужчины – мусульмане, почему они позволяют себе распускать руки? Уфффф, боже, как больно, – Ирина застонала.
Гюльдерен многозначительно молчала. Она верила, что есть те, кто непременно попадет в рай. Верила, что есть такие мужчины, что носят женщин на руках и заботятся о них. Но и в вопросах Ирины была логика. Кому-то из женщин в позапрошлом году отрезали голову и выбросили части тела в мусорный бак. Кому-то прошлым летом придавили кисти рук. Кому-то зимой пустили пулю в голову. Кого-то весной сожгли заживо. Кому-то из женщин позавчера полоснули ножом по горлу. Кого-то, как Ирину, избили вчера. Обезумевшие от ревности и вседозволенности турецкие мужчины на весь мир прославились своим варварским отношением к женщинам.
– Понимаешь, – начала Гюльдерен, – я постараюсь просто объяснить. В Турции каждый ещё не состоявшийся отец мечтает о сыне. Сын – это продолжение рода. Вся семья ждёт с нетерпением: ну когда же, наконец, наступят двадцать недель беременности, и можно будет узнать пол ребёнка! Это можно узнать и раньше, но здесь не говорят. Знаешь почему?
– Да, Джан рассказывал. Врачи боятся, что если плод – девочка, то некоторые будущие родители побегут на аборт.
– Это правда. Много таких случаев. Даже, если пару будущих родителей ждет «плохая новость», после двадцати недель они не решатся на аборт…Представь, смотрят будущие родители на экран, а там сын у них, с экрана им бюльлюк32 свой показывает! Счастье какое! У отца улыбка до ушей, у бабушки – гордость в глазах, у деда – скупая слеза. Сын! И растет мальчишка в семье, где все восхваляют его писюн, просят показать всем приходящим в гости эту драгоценность! Потом обряд обрезания проводят, который на свадьбу похож. Только там никто не пьёт, там все присутствующие с упоением наблюдают, как с драгоценной красивой мальчишеской писюльки срезают крайнюю плоть: после этой процедуры мальчик становится мужчиной. Все благодарят Всевышнего, молятся и плачут.
– Тоже мне, гордость… Дохлый хомяк между ног…
– А потом этот мальчик превращается в юношу с бурлящими гормонами. Выходит на улицу весь в полной уверенности своего превосходства, потому что в его семье все его баловали с самого рождения! Юноша думает, что девчонки будут перед ним и, соответственно, его писюном на колени падать и ноги ему целовать. А когда получает отказ один за другим, звереет от полного непонимания: как же так? Еще вчера все дули на мой писюн, а сейчас никто его не хочет! Что это за дела?
– Думаешь, это позволяет ему распускать руки и вести себя, как скотина?
– Увы. Так взрослеет большинство мальчиков здесь. У женщин с мужчинами права не равны, моя розочка. Пока с мальчиков сдувают пылинки, девочкам запрещают носить мини-юбки и открытые топики, гулять до поздна, громко смеяться в присутствии мужчин, сидеть нога на ногу. Правоверной женщине нельзя смотреть мужчинам в глаза и прикасаться к ним. Лучше с ними вообще не разговаривать… Вот, тебе за что досталось? За то, что требовала? Нельзя требовать. Надо быть ласковой, дальновидной. Ты женщина. Ты слабее мужчины, но можешь быть сильнее, если станешь гибкой и хитрой.
– Насилие над нами не кончится до тех пор, пока не изменится отношение к женщине в мире. Я хочу уйти от него…
– Понимаю, душа моя. Может, и вправду, лучше тебе уйти? Ведь он денег задолжал всей махалле. У нас занял десять тысяч лир33, сказал, что вернет через месяц, а уже полгода прошло. Мой Сонер на улице встретился как-то с одним добрым человеком, так тот вспоминал Джана и выяснял, где он. А потом сказал, что денег дал ему в долг, и думает, как бы взять их обратно. Мужчины иногда делают страшные вещи, моя розочка. Иногда женщин продают своих, как вещь, понимаешь?
С этими словами соседка Гюльдерен оставила кастрюлю, полную сармы, изумительного турецкого блюда, где начинка из фарша с рисом и приправами заворачивается в виноградные листья.
– Вот, поешь. Да пошлет Милостивый Аллах тебе здоровья. Кастрюлю пустую верни, не ломай себе голову, чем наполнить.