- Матерь Божья! - заорала миссис Тьерблэг, выпучив глаза.
Обалдев от такой реакции, я заморгала и осторожно отступила от хозяйки на крохотный шажок.
- Ох уж эти туристы! - запричитала она. - Стелла, милочка, знаете, как вам повезло, что в живых остались?
- В смысле?
- Каждый год одно и то же! Приезжают любопытные туристы, бродят повсюду, а потом одного-двоих находят ниже по течению от старой мельницы проклятого Муйлнеора... Как же ты выбралась?
- Ну не знаю... побарахталась и выплыла. Правда, мне показалось, что меня что-то за ноги хватало, - призналась я и решила поделиться соображениями по этому поводу: - Думаю, это был большой сом. Говорят, они как раз в таких глубоких омутах вымахивают до грандиозных размеров!
- Сом? - с сомнением переспросила миссис Тьерблэг.
- Ну да. Правда, Кэйлин Муррей... ах да, забыла упомянуть, Кэйлин я в деревушке неподалеку встретила, и она была со мной. Вы же её знаете?.. Так вот, Кэйлин намекает, что во всех странностях на острове всегда замешаны эльфы, привидения и прочие сказочные персонажи. А Девин мне местную байку про проклятье мельницы рассказал... - поведала я и нерешительно добавила: - Кажется, у вас на острове все в это проклятье верят..?
Хозяйка наградила меня снисходительным взглядом.
- Милочка, вы рассуждаете, как все приезжие из больших городов. То, что вы считаете байками, мы наблюдаем из года в год... Матушка моя, благослови Господь её душу, лично была знакома с несчастным Муйлнеором и рассказывала о нём не раз в канун Дня Всех Святых. Жалела его ужасно и всегда свечку за упокой ему перед иконкой ставила.
- Простите, - пробормотала я. - Просто всё это при свете дня звучит так странно...
- К этому быстро привыкают, - "утешила" меня миссис Тьерблэг. - Главное не соваться в проклятые места, не поминать добрый народец ни всуе, ни по делу и вовремя причащаться! А то есть у нас тут... приверженцы старой веры. В церковь только из пустого любопытства захаживают, и то по праздникам... - поколебавшись, она заявила свистящим шёпотом: - Не к худу сказано, семья Муррей как раз из таковых! Держите с ними ухо востро, милочка!
- Вы о чём?
- О негоднике Девине, конечно! Безбожник он редкостный, прости Господи. О маленькой Кэйли, бедняжке, больше и позаботиться-то некому.
Пока я переваривала информацию, из дома выскочила темноволосая девчонка с длинной толстой косичкой и, резко затормозив, устремила на меня весёлые карие глаза. Она была до того худенькой, что казалось, будто её вот-вот снесет порывом ветра. Я смутно вспомнила, что это сестра Деклана, но имя припомнить не могла, как ни напрягала память.
- Здрасте! - выпалила худышка. - Мама, значит, можно всем давать отбой?
Миссис Тьерблэг проворно развернулась.
- Да, Орли, давай быстренько пробегись по домам, но сильно не задерживайся! Нам надо еще успеть обед приготовить! - Кивнув, девчушка юркнула за калитку, только пятки сверкнули, а хозяйка потянула меня в дом, на ходу комментируя: - Вчерась, как вы не вернулись, мы всю улицу оповестили, чтобы были начеку и сразу смекнули, ежели вас встретят. Приметы дали и всё, как полагается...
Постигнув новое откровение, я еле вписалась в дверь, но косяк всё же больно задела плечом. Так вот почему люди на улице так на меня таращились!.. Тоже мне, розыск сарафанного радио.
Оказавшись в своей комнате, я сняла рубашку, от белизны которой остались одни воспоминания, и задумалась, есть ли шанс отстирать её здесь по-настоящему. Хорошо хоть, не надо беспокоиться о черных брючках и пиджаке, только вытряхнуть из карманов и швов прилипшую ряску да тину.
Впрочем, от проблем со стиркой меня избавила неугомонная миссис Тьерблэг. Она настояла на том, чтобы я отдохнула перед обедом, и конфисковала ворох грязной одежды, оставив меня стоять посреди комнаты в одном нижнем белье и размышлять над проблемой гардероба.
Пожалуй, белое стоит вообще исключить на всё время моего пребывания здесь. Проблема, однако, заключалась в том, что почти весь мой гардероб состоял из черно-белого. Было процентов двадцать серого разных оттенков и всего одно платье травяного цвета в комплекте с маленькой летней шляпкой той це цветовой гаммы.
Вынув из чемодана аккуратные стопочки одежды, я отложила упомянутое платье и головной убор в сторону. Когда-то они у меня были самыми любимыми, но я давно уже не надевала ничего подобного, а избавиться от комплекта рука не поднималась.
В детстве и вообще лет до двадцати пяти я обожала зелёный цвет...
Моя старшая сестра Лера - психолог по образованию, - всегда говорила, что это признак психологического благополучия, что и неудивительно. Хоть мы с ней и росли в неполной семье, носить статус "папиных дочек" можно было только с гордостью и любовью. Детство у нас прошло ровно, спокойно: я никогда не провоцировала сознательных конфликтов с окружающими и не понимала тех, кто это делает. Впрочем, на бытовой стороне моей жизни взросление под крылом отца сказалось не самым лучшим образом. Нормальная женская хозяйственность в моем характере отсутствовала напрочь.
