— Сделал комплимент её соблазнительно мокрому декольте, — вдохновенно улыбнулся он. — Слово за слово, и мы уже стоим в пустыне в очерченном круге поединка. Я понятия не имел, что делать с вооружённой женщиной! Нет, вариант был, но…
— Мне почему-то кажется, что пока ты раздумывал над своими пошлыми мыслишками, она тебя на лопатки уложила, и меч к горлу приставила! — хохотнула я над мгновенно посеревшим Трегом.
— Чему ты радуешься?! Меня, в присутствии других псов, одолела в поединке какая-то человеческая самка! А там не только псы были, там и наши женщины пришли посмеяться, как я буду обнаглевшую девчонку воспитывать…
— О, как романтично! — злобствовала я. — Она унизила тебя и ранила в самое сердце!..
Под его хмурым желтоглазым взглядом, я быстро перестала веселиться и попыталась проникнуться сочувствием. Но выходило плохо, — смех так и рвался наружу!
— Да, примерно так и вышло. Я злился, не находил себе места после того случая. Думал, если проведу с ней хотя бы ночь, то это компенсирует мои страдания! Но Лана оказалась неприступной, да ещё и с довеском в виде братца, которого слушалась беспрекословно.
А мне показалось, что они немного… не ладят.
— Лана слушалась Анранара?!
— Как дрессированная, — печально улыбнулся Трег. — Она называла это родственной любовью. Мне пришлось их рассорить, чтобы взять эту крепость. Анранар до сих пор не может мне этого простить. Он считает, что я разрушил его семью, посеяв вражду между её членами. Впрочем, доля правды в этом есть. Их отец перестал разговаривать с ним, выбрав сторону дочери. А Лана к тому времени не слушала уже никого, кроме меня и себя самой, и умудрилась поругаться даже со своим папочкой. Влюблённые женщины слепы, — так ведь? — подмигнул.
— А дальше? — нахмурилась я.
Вот ведь наглая морда, — даже и не чувствует свою вину!
— Дальше?.. Лана переживала и долго металась между нами троими, но каждый тянул в свою сторону. Анранар любыми способами вредил мне, и выставлял перед ней в невыгодном свете. Знал, зараза, идеалы сестрёнки! Надо сказать, всплывали самые неприятные факты, многие из которых отбрасывали меня от цели на несколько шагов назад. Я тоже не оставался в долгу, — от него отвернулись друзья, женщины… Это была почти открытая война. И когда я добился своего, и проснулся рядом с такой нежной, беззащитной, доверчиво прижимающейся ко мне…
— Тре-е-ег!..
— Прости, увлёкся. В то утро мне впервые не захотелось никуда уходить. Никогда не стремился назвать женщину, — тем более человека! — своей! А тут испугался, что она может когда-нибудь разочароваться во мне, — не мог же я вечно выдерживать нападки её брата? Боялся потерять ту, что с таким азартом отвоёвывал у одной аристократической семейки.
— И ты женился?
На небритом лице оборотня мелькнула досада.
— Нет. Мне пришлось потратить некоторое время на то, чтобы в подробностях узнать ваши традиции относительно способов привязать её ко мне. Знаешь, когда живёшь среди людей и видишь все эти странные шествия в пышных, смешных нарядах, то как — то не задумываешься, зачем люди это делают. Это забавно, но не более. У оборотней иные обычаи. Я хотел сделать так, чтобы Лана почувствовала себя счастливой после неприятностей в семье. А она хотела свадьбу. Мне пришлось переступить через гордость, чтобы попросить руки у её отца. А он сказал, что согласится, только если на брак даст согласие… Анранар!
— Сурово…
— Угу… Я честно пытался это сделать. Но оказалось, что рассорить людей куда проще, чем помирить. К тому же, тогда пришлось бы признать, что я сам это всё начал. И уж ни о каком согласии твой упрямый лорд и слышать не хотел! А потом пришли рарваны… Улицы залились кровью, псов заставили принести клятву верности новому правителю…
— У меня голова кругом! Анранар — всё ещё лорд?! И почему вы так просто дали клятву рарванам? Ведь могли просто растерзать их!
— Они мне дали понять, что если я этого не сделаю, то Лана окажется одной из следующих в списке жертвоприношений Единому. Дал клятву, лишь бы отстали, схватил мою девочку и постарался увезти как можно дальше. Только оказалось, что клятва — сродни призыву. Отказ от повиновения карается долгими мучительными судорогами. А во второй раз — смертью. Что касается Анранара — да, он лорд по рождению, сын военного министра.
Моё удивлённое лицо смерили оценивающим взглядом и мстительно, со вкусом добавили:
— …а также завсегдатай покерных клубов, любитель дорогой выпивки и женщин. И был им довольно долгое время, пока старый лорд Аскан не лишил его содержания.
Стоило догадаться, что Анранар никогда не был обычным горожанином! Лорд Аскан, будьте любезны!.. Но всё же, если он был любимым сыном военминистра, и тот долгое время считал нормальным подобное увлечение сына, то почему лишил вдруг содержания?
— Из-за ссоры?
