Ядерный удар по атомному реактору неизбежно приведет к разрушению его активной зоны, также известному как расплавление ядерного топлива.[284] В статье, опубликованной в
Четыре. Три. Два. Один.
Ядерная боеголовка ракеты KN-23 взрывается над целью.
Атомная электростанция «Дьябло-Каньон» мгновенно исчезает в ослепительной вспышке ядерного взрыва. Образуется гигантский огненный шар. Ударная волна сметает все постройки. В небо поднимается ядерный гриб, а в недрах станции происходит расплавление активной зоны реактора.
«Дьявольский сценарий» стал реальностью.[286]
База Космических сил Кавалир в восточной части штата Северная Дакота расположена в 24 километрах от границы с Канадой. Здесь, внутри восьмиэтажного бетонного здания, огромная радиолокационная система в форме восьмиугольника непрерывно сканирует небо. Благодаря своему географическому положению радар этой базы обнаруживает приближающуюся боеголовку, запущенную межконтинентальной баллистической ракетой «Хвасон-17», когда та появляется над горизонтом с севера на среднем участке траектории. Это происходит примерно через 22 минуты после старта ракеты. Данные этого наземного радара станут последними данными загоризонтного слежения, которые Космические силы получат до момента детонации бомбы над Вашингтоном.
До удара остается 10–11 минут. Полученных данных достаточно, чтобы определить цель с точностью до 800 метров. Целью является либо Пентагон, либо Белый дом.
В этом сценарии происходит «удар по центрам принятия решений».
В Вашингтоне президента США пристегивают ремнями безопасности в салоне президентского вертолета Marine One. Лопасти машины уже вращаются, все готово к взлету. Однако несмотря на то что президент поднялся на борт уже несколько минут назад, вертолет до сих пор не взлетел. Старший специальный агент (SAC), отвечающий за безопасность президента, в бешенстве кричит на советника по национальной безопасности, который, стоя в дверях вертолета, что-то громко говорит в свой мобильный телефон. SAC готов применить силу. Его долг — защищать президента даже ценой собственной жизни.
SAC: «Вертолет должен взлететь немедленно».
Перепалка между двумя мужчинами возникла из-за нехватки парашютов на борту президентского вертолета Marine One. Эта дискуссия отняла бесценные минуты. Трое бойцов Контрштурмовой группы «Элемент» имеют парашюты для себя, для президента, для SAC и для военного помощника; всего в распоряжении офиса Секретной службы в Белом доме было шесть парашютов. На борту Marine One находится четырнадцать человек, а это значит, что в случае крушения вертолета остальные пассажиры не смогут спастись.
Советник по национальной безопасности прекращает препираться. Он решает положиться на удачу, садится в вертолет и пристегивается ремнем безопасности. В салоне уже находятся несколько сотрудников исполнительного аппарата президента — который иногда называют «постоянным правительством», — в том числе национальный директор по кибербезопасности и исполнительный секретарь Национального совета по космосу.[287] Руководитель аппарата Белого дома, помощник президента по вопросам внутренней безопасности и борьбы с терроризмом, а также еще около шести человек бегут ко второму вертолету морской пехоты, готовому взлететь с дальнего конца лужайки.
Вертолеты президентского авиаотряда Marine One оснащены усиленной броней, системами противоракетной защиты и оповещения о ракетной угрозе. Когда новейший Sikorsky VH-92A с президентом и его советниками на борту начинает взлетать, бойцы Контрштурмовой группы по всей территории Белого дома внимательно следят за обстановкой.
Однако угроза исходит не с земли.
Угроза приближается с неба.
До момента ядерного удара по Вашингтону остаются считанные минуты.