– Она просто очень сильно меня любит и поэтому переживает.
– Знаю. Любая нормальная мать станет переживать, если на ее дочь нацелится кто-то вроде меня.
Я закусила губу, не решаясь задать вопрос, который вчера очень долго не давал мне заснуть.
– Эрши? – чуть нахмурился Хелесар. - Что?
– Насчет твоей репутации… – выдохнула я. - Да, понимаю, что все это не просто так и важно для Альдонии… Но когда мы поженимся, ты продолжишь…
– Нет, - он понимающе улыбнулся. - Нет, Эрши. Я ведь сказал, что никогда не врал тебе. В том числе, и когда делал предложение. Я не хочу обижать тебя, причинять боль, пусть даже и ради дела. Поэтому «плохому принцу» пришло время остепениться. Ты будешь счастлива со мной. Никто не посмеет сказать, что Флор ван Дарен глупо повелась на внешность и положение.
Его улыбка вдруг стала немного хулиганской.
– Возможно, кто-то даже напишет роман о том, как любовь хорошей девушки изменила принца-повесу.
– Вот еще не хватало, – фыркнула я.
И закрыла глаза, понимая, что выгляжу безобразно счастливой. С души словно свалился огромный камень. Мне не придется притворяться, сносить чужие шепотки. Наш брак будет настоящим, и для нас, и для окружающих.
– Возьми, - Хелесар посерьезнел и протянул мне небольшой кулон на цепочке. - Это артефакт.
– Защитный? – спросила, надевая его на шею.
– И связной. Сожми его и мысленно позови меня. Я услышу, где бы ни находился.
– Хорошо, – я посерьезнела тоже. – Удалось продвинуться в расследовании?
– Немного. Теперь у нас трое основных подозреваемых. И я хочу, чтобы ты была очень осторожна, потому что можешь встретить любого из них у себя в саду.
– Кто? - похолодела я.
– Ариана Ибер, Норг ван Тар и Герт ван Эльст.
Я растерянно моргнула. Захотелось, чтобы это было шуткой. Ариана, Норг и Герт? Те люди, которых я успела хорошо узнать и даже подружиться. И кого сама поставила бы в списке подозреваемых на последние места.
– Почему они? - нахмурилась я. – Явно ведь не просто из-за отсутствующего алиби.
– Верно, – кивнул Хелесар. – Увы, явных улик у нас по–прежнему нет. И нам пришлось выбрать тех, у кого хотя бы есть такая возможность.
– Возможность? - не поверила я. - У Арианы?
– Во время учебы в университете Ариана Ибер встречалась с парнем, который отличался недюжинными талантами в артефакторике. К сожалению, пустить оные таланты он решил в криминальное русло и занялся изготовлением запрещенных артефактов. Гения вычислили, и он погиб при попытке задержания Тайной полицией. Ариана рассталась с ним за три месяца до гибели и вроде бы не знала о незаконных делах возлюбленного. Но нельзя исключать и возможность того, что ей просто удалось выкрутиться. Ведь ее парень никому не сказал, где устроил схрон со своими творениями, среди которых были и ментальные артефакты в том числе.
– А мотив?
– Желание отомстить Кристобаль ди Мерген за оскорбление Стаутена. Вот только она не подумала о том, что этим как раз Стаутена и подставит. И чтобы вытащить возлюбленного из тюрьмы, продолжила убивать, создавая картину того, что в городе орудует маньяк.
– Это… – выдавила. - Это ужасно.
Чтобы Ариана, та Ариана, милая, порывистая и не слишком уверенная в себе, могла быть способна на нечто подобное?
– Знаю, - Хелесар вздохнул и погладил меня по щеке. - И это всего лишь версия.
– А Норг? Чем вас привлек он?
– Два года назад ван Тара бросила невеста. Причем, очень некрасиво бросила, сказав, что просто пыталась подобраться через него к старшему брату. С тех пор Норг замкнулся и все свое время посвящает растениям. Ядовитым растениям, к слову. А еще у них с Гертом ван Эльстом на двоих одна прабабка по материнской линии. И эта прабабка была одной из сильнейших менталисток своего поколения.
– Но ведь Норг – природник, а не менталист.
– Верно. Вот только известны случаи, пусть и очень редкие, когда у человека раскрывается два дара, а не один. И раскрытие второго дара, бывшего латентным, всегда приводит к сумасшествию и смерти.
– Норг не похож на сумасшедшего.
Он серьезный, вдумчивый мужчина. Да, немного занудный, и я никогда не видела, чтобы Норг улыбался, но это же не делает его ненормальным.
– Если бы сумасшествие было очевидно, мы бы поймали Садовника сразу, - вздохнул Хелесар, притягивая меня к себе.
– Ты прав, - пришлось согласиться мне. – А Герт?
– Герт ван Эльст… С ним сложнее. В его случае было бы логично убивать мужчин, потому что именно отец стал источником всех его несчастий. Но возможно, что здесь имеет место что-то вроде обиды на мать, которая как бы бросила сына, покончив с собой. Либо это тоже попытка замаскироваться под маньяка. А настоящей целью может быть, например, одна только потенциальная мачеха.
– Ты так спокойно говоришь об этом. - Я поежилась.
– Я многое видел в жизни, – мягко произнес мужчина. – Многое пережил. В Аштаре очень суровые нравы, и нечто подобное не стало бы там чем-то из ряда вон.
– Да, помню. Несколько десятков покушений, заговоры, интриги.
