Время словно сомкнулось и разомкнулось, стоило ей вступить на мост сплетенный золотым клубком. Ветер проходил сквозь ее тело, волосы, словно очищая мысли и сознание и унося с собою часть воспоминаний, огонь проникал под кожу, в сердце, в вены и тек по ним, смешиваясь с кровью. Вода волнами била по ступням и тоже поднималась вверх заполняя ее как сосуд и бесследно испаряясь затем в воздухе. Круговорот стихий и времени словно открывал и закрывал миллиарды неведомых дверей, в которые она входила и выходила, хотя до другого берега было рукою подать. Она четко услышала голос Илге за спиной – Яли, Яли – вернись, куда-ты! Она чуть было не повернулась, сердце её сжалось от того, что она ушла не попрощавшись с доброй женщиной. Но клубочек быстро вывернулся из руки, и обвил ее, словно ласково потянув вперед. и Яли очнулась, вспомнила наказ – не оборачивайся, что бы ни случилось. Зажмурилась. Выдохнула. И твёрдо шагнула вперёд. И тут внезапно всё прекратилось. Только что ей казалось, что она или сгорит, или утонет, или разлетится и превратится в воздух. И в ту же минуту наступила тишина, но не такая, какая была в ее деревеньке, а какая-то совсем другая, словно наполненная несчетными красками, звуками, запахами. Оглядевшись вокруг, она вроде видела то же самое, что и дома, но всё было словно каким-то другим. И она, кажется, была другой.
– Пойдём-пойдём, клубочек от нетерпения даже выкатился из рук, и покатился по тропинке, и Яли послушно пошла за верным другом.
Тропинка вела через леса, поля, перелески и просёлки, уже и смеркаться начинало, а клубок всё катился и катился, и не останавливался. И вот, пройдя очередную рощицу, Яли увидела высокое дерево, его роскошная крона из разноцветных листьев всех цветов радуги уходила в облака, мощный ствол был частью домиков и башен, которые были его естественной частью, внизу у корней клубился туман. Вокруг не было никого и ничего. Клубочек запрыгнул обратно в карман. Тропинка вела прямо к дереву пропадая в низкостелящемся тумане. Яли пошла по ней к чудо-дереву. Туман доставал уже ей до пояса, сначала тропинку и траву было еще видно сквозь него, но он становился все плотнее, и вот звук ее шагов изменился, и присмотревшись под ногами она разглядела что тропинка превратилась в деревянную дорожку из мостков, и тут же появились поручни из веревок свисающих между стойками с искусно вырезанными шишечками. Каждая из них отличалась от другой, и Яли засмотревшись на них торопилась увидеть следующую, чтобы поразиться разнообразию узоров, форм и орнаментов. Она не заметила, как дошла до исполинского дерева, вот уже и калитка в воротах изгороди, а за нею клумбы с лавандой и другими цветами, какие-то постройки, садик, с вишней, сакурой, лимонами, фиговыми деревьями и красным японским кленом. Дерево словно было каждой стороной в своем времени года, зима, весна, лето и осень и такие же двери, окна и погода во всех ее четырех сезонах, самых их благоприятных проявлениях, существовали одновременно, не мешая друг другу.
Поднявшись на крыльцо, она постучала. Никто не ответил, тогда Яли толкнула тяжелую изумрудную дверь и вошла. В комнате было светло, уютно, просто и добротно. было много свежей поросли и зелени, которая росла вдоль стен. Стоял большой дубовый стол, и несколько стульев. На столе в тарелке лежало несколько яблок. Яли села, взяла одно, вытерла о передник, и с наслаждением съела. А потом задремала, прямо там, за столом, уронив голову на руки.
– Как ты зашла? На нее стоял и смотрел в упор, сверля ярко-синими глазами явно старший из всех четверых. Он был самый большой и суровый, белоснежно седые волосы и борода, и ярко синие глаза, но лицо молодое, строгое, холодное и отстраненное.
– Ну что ты сразу допрашиваешь, Иякиим?! Это же гостья, а гостью сначала надо напоить, накормить, и дать отдохнуть с дороги! Младший вился вокруг Яли ужиком, и от восторга аж пританцовывал, с интересом рассматривая ее, как диковинную зверушку.
– Какая интересная гостья, мы не ждали тебя, ты прости моих братьев, не бойся, мы тебя не обидим, ой какая ткань интересная, а это у тебя что?
–Это фартук. Яли оторопела от такой бурной деятельности вокруг своей скромной персоны.
– Трониир! Не пугай девушку! Она тебе не подопытная и не одно из твоих изобретений, ее не получится разобрать, чтобы посмотреть, как она устроена и собрать заново. Ну-ну, не дуйся, сам же сказал, про накормить. Гостья поди и умыться хочет с дороги. Как зовут тебя, красавица? Откуда ты?
