— Не смотри, — вдруг донёсся до меня чей-то знакомый голос, но он был так далеко, что я едва сумела понять, о чём он говорил.
Обернулась в его поисках и вдруг увидела приближающихся Оксилию и Анжелику. Я хотела было радостно окликнуть их, но мой голос пропал, а выражение лица первой подруги не сулило ничего хорошего. Она замерла и на кого-то закричала. Повернувшись, я разглядела и Луизу с Джоном, которые прекратили тренировку. Оксилия и Луиза ещё некоторое время кричали друг на друга, затем первая от злости толкнула вторую, и прежде, чем Луиза что-то предприняла, её остановил Эрик. Оксилия неожиданно для меня заплакала у всех на глазах, чего я никогда за ней не наблюдала, а затем злобно оттолкнула пытавшегося успокоить её Джона и, что-то крикнув в адрес Луизы и Анжелики, удалилась прочь.
Я с тяжёлым камнем на душе от этой ссоры, лишь гадала, что же могло так сильно расстроить подруг, что могло заставить их так поссориться между собой и что же могло случиться, чтобы все мои подруги плакали, словно от какого-то горя, не сдерживаясь ни перед кем. И где же была я в это время?
Меня резко потянуло куда-то назад, и мне было уже всё равно на это. Я резко влетела в какое-то строение спиной вперёд, а затем и в своё собственно стоящее на коленях тело — от большой силы я не удержалась и повалилась назад. И мир, только обретя все цвета и оттенки, снова утонул в красном тумане.
— Не смотри! — повторил всё тот же голос уже намного ближе, чем в первый раз, но я не успела отреагировать на него, увидев фигуры перед собой.
Высокая темноволосая женщина стояла посреди огромного зала перед тремя Великими Магами в золотом свечение, окружённая чародеями. Я разглядела её опечаленное и грустное лицо, а рядом увидела и молодую злую Нимерию, которую удерживали невидимые путы. В голове неразборчиво заговорил низкий грубый и очень строгий голос, явно принадлежащий Сэмюелю, а затем были подняты несколько рук, словно все они соглашались с решением Великого Мага.
Женщина, стоящая посередине, аккуратно обернулась на того, на которого смотрела ругающаяся Нимерия, тыча пальцем в ту фигуру. Я с усталым интересом повернулась туда же, и увидела стоящего в белом балахоне самого Рафела, который, как и другие, поднял руку вверх в знак согласия. И один его жест словно вызвал целую бурю.
С другой стороны, вырываясь из рук ближайших чародеев, бросился к обвиняемой женщине светловолосый мужчина, точно из воспоминания, которое я нашла в своей комнате в Витэго. Он с силой прижал женщину к себе, не желая отпускать её, но ближайшие клевреты Великих в золотистых одеяниях поспешили схватить его. Женщина положила свою руку ему на щеку, крепко и нежно поцеловав, и прошептала что-то одними губами. Мужчина на миг оторопел, давая возможность себя увести, но затем снова упорно начал вырываться.
Весь этот мир начал медленно меркнуть, темнеть, а некоторые фигуры чародеев превращались лишь в неподвижные тени. И только светловолосый мужчина вместе с Нимерией, обвиняемой женщиной, Рафелом и Тремя Великими Магами ещё не исчезли с глаз. Темноволосая женщина мягко улыбнулась Рафелу, отчаянно глянула на вырывающегося любимого, и, я вдруг смогла разобрать одно громкое, злое, настойчивое слово последнего.
«Беги! Беги!» — кричал мужчина, отчаянно вырываясь, но женщина вместо этого повернулась с уверенным взглядом к Великим, гордо подняв подбородок, — и всё мгновенно заполнила густая тьма, поглощая воспоминания и уводя меня в бездну небытия.
Хранители стихий вместе с Эриком, Алексом и Дашей бросили грустные взгляды на близлежащую дорогу возле дома, по которой они несколько часов добирались до одинокого большого дома, окружённого лесом и чистым озером. Юные маги ещё в городе попытались использовать свои силы, чтобы выбраться из машины до того, как их увезли бы, но, что бы ни сделал Джокер, у них ничего не вышло. Дорога была мучительно долгой ещё из-за тишины, только Эрик сначала пытался как-то развеять обстановку, но его быстро утихомирили.
Джон, Луиза и Оксилия всё ещё чувствовали ужасную усталость после случившегося с ними и были бы рады любому уютному гнёздышку, где можно было бы отдохнуть. Лицо Фёдора в ужасающих шрамах всё ещё стояло перед лицом Луизы, отчего она едва заметно передёрнула плечами.
Даша невольно поёжилась от холода в своей лёгкой кофте и обняла себя за плечи, опустив голову.
— Ещё один день, — устало выдохнула Анжелика. — Кэт там с ума сойдёт.
— Главное, чтобы мы не сошли, — упрямо вставила Оксилия, нахмурившись и обернувшись к тёмной фигуре Джокера, терпеливо ожидающего их всех возле входа. — Только освободимся, как нас опять хватают, словно перетягивают канат.
Все ребята проследили за её взглядом, повернувшись.
— Как думаете, чего он хочет? — задумчиво поинтересовалась Луиза
— Явно что-то нехорошее, — воинственно предположил Алекс, уже готовый к любым возможным событиям. — Держитесь поблизости.
— Скорее это ты не отставай, — усмехнулся Эрик и получил укоризненный взгляд Джона. — Что?
