Окадзава лишь молча стоит, хмурясь, не пытаясь оправдаться. Ситуация обостряется, но внутри меня клокочет смесь паники и странного удовлетворения. Мы действительно добились своего, привлекли внимание всех, кто должен был услышать и увидеть этот скандал.
А дальше всё происходит слишком быстро. Слова сливаются в неразборчивый гул, лица сотрудников мелькают перед глазами, как в замедленной съёмке. Кто-то взволнованно что-то спрашивает, кто-то подбегает ближе, раздаются негодующие возгласы, и в этом хаосе мне кажется, что я не могу дышать.
– Ямада, иди домой, – вырывает меня из этого вихря голос Сато. Я поднимаю на него глаза и осознаю, что сейчас лучшее время уйти, пока все ещё на пределе.
– Спасибо, – только и шепчу, кивая и делая несколько быстрых шагов к выходу.
На Окадзаву не смотрю. Тут уже он должен разобраться сам.
Покидая офис, чувствую, как получается выдохнуть. Меня словно высвободили из жёсткой хватки. Голова кружится, пальцы непроизвольно дрожат, когда ловко достаю телефон и пишу Хаято: «Всё получилось. По плану. Все в шоке».
Ускоряю шаг и с облегчением выхожу на улицу, где дует прохладный ветер. В этот момент я понимаю, что сделала всё правильно. Сейчас лучше держаться подальше, не мешаться под ногами, пока план развернётся в полную силу.
Решаю пройтись пешком, и меня окутывает привычный городской шум.
Машины снуют по дорогам, сверкая фарами, велосипеды сигналят, торопясь вперёд, а многочисленные прохожие, будто течение реки, несутся по тротуарам. Никто не обращает на меня внимания, и это странное чувство – быть невидимой в городе, где жизнь кипит вокруг.
Небо затянуто серыми облаками, но свет от многочисленных вывесок и рекламных экранов всё равно создаёт ощущение необычного уюта. Я иду мимо уличных кафе, где люди попивают кофе или обедают. Где-то неподалёку слышится музыка – уличный музыкант настраивает гитару. Рядом девушка с планшетом и карандашом рисует, периодически бросая взгляды на людей, будто вдохновляясь хаосом города.
Звонки на пешеходных переходах смешиваются с фоновыми разговорами и смехом: кто-то кричит, торопя коллег или друзей. Пересекаю улицу вместе с толпой – все спешат по своим делам, кто-то в офис, кто-то за покупками. Всё это напоминает о том, как обычна будничная жизнь. Я словно плыву в потоке, становлюсь частью этого бесконечного движения.
Но внутри всё ещё бурлят эмоции, как вулкан, готовый взорваться. Машинально сворачиваю на знакомую улицу, наблюдая за жизнью Токио, где, кажется, ничего не изменилось. Но для меня поменялось всё.
Дом встречает тишиной. Я захлопываю дверь за собой и мгновенно направляюсь в спальню. Пульс ещё не успел успокоиться после событий в офисе, но интуиция кричит, что времени нет. Быстро, почти на автомате, открываю шкаф и начинаю кидать вещи в сумку: несколько смен одежды, документы, зарядка для телефона, потом ноутбук. Часть косметики и гигиенических средств.
Голова плывёт, всё вокруг кажется нереальным, когда задумываешься о том водовороте, куда затянуло. Эти демоны – бакэмоно – теперь могут охотиться за мной. Смешно, что раньше я считала, будто такие вещи бывают только в фильмах или книгах. Но теперь знаю: если не буду наготове, могу стать следующей жертвой. Вспоминая слова Хаято о том, что мир намного сложнее, чем думала, заставляю себя двигаться быстрее.
Сумка уже готова, и я бросаю последний взгляд на свою квартиру. Слишком многое произошло за последние несколько дней, чтобы думать о нормальной жизни. Смогу ли сюда вернуться? Будет ли она всё ещё моей, когда всё это закончится?
Телефон жужжит в кармане. Водитель уже подъехал, как и обещал. Быстро схожу вниз, забрасывая сумку на плечо, как вдруг раздаётся звонок. Вздрагиваю, не ожидая ничего хорошего, но на экране появляется имя Ханако.
Меня накрывает лёгкая паника. Она что, специально решила позвонить именно сейчас?
– Ясуко? Всё в порядке? – В её голосе слышится тревога. – Я слышала, что у вас в офисе полный кошмар. Ты где? Ты как?
Как я могла забыть, что у неё там есть знакомые? Ясно же, что кто-то да написал!
– Ханако, да, всё нормально, – начинаю сдавленным голосом, судорожно придумывая хоть какое-то правдоподобное объяснение. – Просто уезжаю к родственнице на несколько дней, нужно срочно. Семейные дела, ты знаешь.
– К родственнице? – Ханако явно не верит, её голос звучит с ноткой подозрения. – Ясуко, почему ты называешь родственницей госпожу Сакуму? Мы же просто тогда помогли ей с огородом. Что-то ты мне недоговариваешь. Случилось что-то ещё? Ты такая… на грани, и эта история в офисе…
Фух, хорошо, что она вспомнила эту милую бабулю. По крайней мере, уже есть кто меня прикроет. Сакума – та ещё авантюристка.
– Всё нормально! – перебиваю её, стараясь, чтобы голос звучал убедительно. – Серьёзно, это просто мелкие обстоятельства. Я вернусь через несколько дней, и мы можем встретиться.
На другом конце повисает тишина. Замираю, надеясь, что она проглотит эту историю и не станет задавать больше вопросов. Но потом её голос, понизившийся до шёпота, внезапно прорезает тишину.
