– Протокол будем составлять на изъятую водку? – спросил милиционер в телогрейке.
– Не желательно, – ответил Валерий и почувствовал, что милиционеры просто захотели выпить сами. И что это не рейд по борьбе с ночной продажей водки таксистами. Оба сотрудника вышли из машины и на прощание один сказал:
– Возьми права, Валерий Николаевич, и будь осторожней, – через минуту два милиционера в театральном наряде бывших заключённых исчезли в толпе людей у главного входа вокзала. У Бурцева будто камень свалился с души. Ещё минут пять Бурцев молча сидел и радовался тому, что все обошлось. «Как я мог, подобно юнцу, клюнуть на пятнадцать рублей в таком опасном месте?..» – спрашивал себя Валерий и благодарил бога, что ему повезло так дёшево отделаться.
Опять пришёл какой-то поезд, и к Бурцеву попросились два пассажира.
– Шеф, довези нас до телецентра! – сказал один явно нетрезвый мужчина без поклажи. Другой пассажир оказался тоже нетрезвый, но с дипломатом. Оба клиента уселись позади и начали что-то обсуждать. Бурцев включил счётчик и поехал. Валерий не слушал пассажиров, потому что все ещё был под впечатлением от случившегося. Его сердце продолжало учащенно биться от неприятного контакта с милиционерами в штатском. «Господи, неужели я так разволновался только потому, что меня могли привлечь к ответственности за спекуляцию и уволить из такси перед свадьбой?.. Я убил уже двух человек и не поперхнулся… Нет. Я испугался не ответственности, а того, что это могло быть началом моих неудач в дальнейшем… Да-да, именно этого…» – подумал Бурцев и начал успокаиваться, потому что ему несказанно повезло несколько минуту назад, если не считать, что он лишился двух бутылок водки на десять рублей. «Я сейчас эти десять рублей попробую заработать на этих двух пьяненьких мужичках. Если у меня получится – значит, господь мне продолжает помогать…» – загадал Бурцев и положил бумажный рубль в нагрудный карман рубашки под расстёгнутой курткой. Через двадцать минут Валерий остановился по требованию пассажиров.
– Сколько там набило, шеф? – спросил сидящий прямо за Валерием мужчина без дипломата, а в это время другой начал выходить из такси.
– С вас три рубля сорок копеек, – сказал Бурцев и стал ждать деньги.
– Шеф, что-то я плохо вижу. Включи мне, пожалуйста, свет в салоне.
– К сожалению, лампочка перегорела, – солгал Валерий.
– Вот! Возьми, шеф! – наконец сказал нетрезвый пассажир, и Бурцев почувствовал, что ему в протянутую назад руку вложили купюру. В одно мгновение Бурцев определил, что это десятка, которую он тотчас бросил перед собой на колени. Вытащив быстро рубль из нагрудного кармана рубашки, Бурцев демонстративно приставил его к глазам. Повернувшись к пассажиру с рублём в руке, Валерий сказал:
– Дружище, этого мало! – пассажир взял у Бурцева рубль из рук и тоже приставил в темноте к глазам.
– Ой! Прости, шеф! Я по ошибке рубль тебе дал вместо десятки. Мне показалось в темноте, что я дал тебе десятку. – Пассажир опять начал рыться в бумажнике и достал на этот раз пять рублей. – Вот! Нашёл! Это, кажется, пятёрка! Сдачи не надо! – Бурцев взял пятёрку и поблагодарил пассажира за рубль шестьдесят чаевых. Отъехав немного, Бурцев поднял с коленей брошенную десятку. «Пока господь меня балует…» – подумал Бурцев и поехал обратно на вокзал, чтобы постоять ещё час до поездки за сменщиком.
Проезжая мимо автобусной остановки, Валерий разглядел на лавочке под навесом девушку. Он остановил около неё машину и стал ждать. Кругом не было ни души. Ночная пассажирка несмело подошла к машине, немного приоткрыла переднюю дверь и робко сказала:
– У меня нет денег… – её глаза были заплаканы.
– Садись! Я бесплатно тебя довезу. Куда тебе нужно?
– На Профсоюзную, – тихо сказала девушка и медленно, несмело уселась в машине, уместившись на половине сиденья ближе к двери.
– Что ты в три часа ночи делаешь на остановке? – Вместо ответа девушка закрыла руками лицо и заплакала.
– Тебя кто-то обидел?! – спросил Бурцев, но она только плакала и ничего не отвечала.
– Не расстраивайся! Я сейчас тебя довезу до дома, – сказал Валерий и, открыв бардачок, вынул колпак, который надел на зелёный фонарик, чтобы не включать счётчик, а через пятнадцать минут был на уже улице Профсоюзной. – Где тебе? – спросил он, и девочка указала рукой на длинный многоэтажный дом. Бурцев подъехал к указанному дому и остановился. – Беги и не плачь, – напутствовал Валерий заплаканную ночную странницу.
