– Уважаемые коллеги по нелегкому ремеслу искателей сокровищ. Позвольте мне взять на себя роль председательствующего на нашем первом и последнем совместном собрании охотников за Янтарным кабинетом, сотворенным великим курфюрстом Фридрихом Вильгельмом и подаренным его неразумным сыном Фридрихом Вильгельмом Первым русскому царю Петру Первому. История этого шедевра, уверен, вам хорошо известна. Я не стану описывать ее в мельчайших подробностях. Не отрицаю, что русскими царицами Елизаветой и Екатериной Второй Янтарная комната была расширена и приняла окончательный вид. То, что не доделали в Пруссии, доделали в России, но обратите внимание: немецкими мастерами янтарных цехов. Хотелось бы напомнить, что и сама императрица Екатерина Вторая тоже по происхождению немка и ее имя при крещении – Софья Фредерика Августа Анхальт-Цербстская. Так что по всем параметрам этот уникум – плод труда моего народа. После этого легкого исторического экскурса в прошлое, мне будет гораздо легче говорить о притязаниях немецкой стороны и провозгласить свое право на владение Янтарной комнатой, которая является достоянием великой Германии. Ошибка минувших столетий должна быть исправлена. И эта благородная миссия выпала на мои плечи. Но это только прелюдия. Итак, поскольку наши команды оказались волею случая участниками своеобразного соревнования, мне, как победителю, хотелось бы, чтобы вы поприсутствовали на гипотетическом закрытии состязания. Почти все части Янтарной комнаты извлечены из воды и упакованы в новые, прочные ящики. Остался последний и не самый большой. Там, за шлюзовым отсеком, сейчас находятся четыре аквалангиста, которые и доставят в этот зал недостающие фрагменты демонтированной Янтарной комнаты.
Все посмотрели туда, куда повернул голову определившийся окончательно новый владелец бесценного раритета. А смотрел он на иллюминатор шлюзового отсека. Там сначала появилась вода, а потом и люди в снаряжении подводников.
– Через несколько минут в янтарной подводной одиссее будет поставлена точка, – продолжил свою речь иностранец. – И мне хочется выразить вам свою глубокую благодарность. Да, не удивляйтесь, благодарность за созданный вами колоритный антураж и ореол грозных соперников. Без вашего участия наша работа выглядела бы обычным перетаскиванием тяжести с места на место. Вы послужили той пряностью, которая хоть и остра на вкус, но блюда не портит, а, наоборот, придаёт ему пикантность и доставляет некое удовольствие.
Вода ушла из камеры, и едва акванавты сделали первые шаги, подскочившие к ним люди в синих робах перехватили из их рук ящик и потащили его к своему боссу. Однако они недалеко ушли от группы аквалангистов, ставших на время одушевленными манекенами.
– Хальт! – разнеслось по всем уголкам обширной комнаты.
Кричал один из тех, кто вышел из воды. Его лающая команда резанула всех по ушам. Рабочие, несущие пенал с сочащейся из него грязной жидкостью, не придавая значения окрику, продолжали двигаться.
– Хальт! – Угрожающее требование повторилось еще громче и надрывнее.
Люди в комбинезонах застыли и, не смея повернуться, уставились полными недоумения глазами на замершего с прямой спиной и чуть приподнятыми бровями белокурого председателя собрания.
– Хенде хох! – донеслась новая команда со стороны пловцов.
„Их пятеро! – отметил Фрибус, напряжённо глядя на вернувшуюся группу. – А я отправлял четверых“.
– Хенде хох! – снова раздались хриплые отрывистые звуки из-за спин двух пар аквалангистов.
Но никто не подчинился грозному требованию, а караулившие пленников автоматчики направили стволы в сторону остервенелого гарлопана.
Тогда кричавший вышел в полосу света.
– Максим! – подскочила с места Лосева, но сильная мужская рука вынудила ее снова сесть! – Живой! Я знала, что ты живой!
– Не может быть, – беззвучно прошептал Решетников, вглядываясь в бородатое лицо. Но сомнений быть не могло. Это был Веригин или материализовавшийся дух убитого. Но Валентин не верил в привидения. Тем более, в приведения с аквалангом за спиной и с задранной на лоб маской для плавания.
– Я сказал – хенде хох! – Веригин сделал еще шаг и вытянул вперед руки, демонстрируя продолговатый цилиндрический предмет из металла, изъеденного ржавчиной. Это был небольшой снаряд.
– Мы тут коротенько пообщались с вашими коллегами в тамбуре, пока вода сливалась, понял, что они шпрехают только на дойче. Но они, ещё до этого, как только увидели меня с фугасной миной, без слов поняли, чем дело кончится. Сообразительные ребята. А вам что, не понятен немецкий? Сколько раз можно повторять одно и то же? – Веригин бешено вращал глазами. Искаженное от ярости и решительности лицо в обрамлении волос придавало ему вид взбешенного орангутанга, на территорию которого пробрались чужаки.
– Хенде хох! Или я бросаю бомбу! – И Максим замахнулся снарядом.
Никто не сомневался, что этот сумасшедший исполнит свое обещание. Руки стали медленно подниматься.
– Есть тут переводчик? – спросил потенциальный бомбометатель.
– Я, – сказал Фрибус.