– Дракона? Что в этом такого?
– У нее живет некий Мярр. Изображает из себя комического персонажа. У него не обрезаны хвост и крылья.
– Это еще как? Установите за ними наблюдение.
– Как прикажете, ваша светлость. Небо указало вам верный путь. Вряд ли она достойна вашего доверия.
В голосе придворного проявились мягкость и вкрадчивость. Туллий без труда разгадал истинный смысл всей фразы: «Я знаю, что вы не приглашаете на роль сказителей и придворных волшебников и кудесников, потому что боитесь за свою власть. Но кто сказал, что эта непонятная чужестранка, про род которой мы толком ничего не можем выяснить – а здесь, вероятно, не обошлось без заклятья, – не думает о том, чтобы одурманить вас? Она женщина, и для того, чтобы подчинить вас себе, ей необязательно готовить приворотное зелье».
– О чем еще сплетничают?
– О том, чем народ неизменно недоволен веками. Единственное, они расстроены отсутствием наследного принца, но с другой стороны – рады, что у вас нет детей. Прошу простить меня за такие дерзкие слова, ваша светлость.
– Я понимаю… Я все прекрасно понимаю… Дайте мне отчет.
Барон протянул Туллию свиток.
– Спасибо, барон Лама! Думаю, излишне давать вам какие-то поручения, вы и так знаете, как поступать дальше. Берите столько средств, сколько понадобится. Если не хватит, я добавлю из своей личной казны. Можете быть свободны.
– Да осветят небеса ваш путь, принц Туллий! – Барон гордо преклонил голову перед своим повелителем и, сохраняя горделивую осанку, вышел из тронного зала.
«Как же мудро я тогда поступил, уговорив дядю поставить его на эту должность! Голова… Голова в тюрбане…» – Туллий закрыл ладонями лицо. Глаза пронзила сильная боль. Было очень сложно не поддаться ей, но ему оставалось еще одно дело.
Покачиваясь, Туллий покинул тронный зал. Не задерживаясь более в библиотеке, он отодвинул один из шкафов и вышел в узкий, очень чистый, но слабо освещенный коридор. Преодолев несколько лестничных пролетов, оказался в самой крупной трехэтажной башне. На первом были столовая и некое подобие небольшой гостиной. На втором располагались спальни домочадцев, а на третьем – огромный зимний сад и комнаты правителя и его супруги.
Если бы кто-то из балтинцев оказался в башне, некогда отведенной для временного проживания прежнего князя и его семьи и оставшейся таковой на многие века, он был бы поражен скромностью и аскетичностью обстановки. Мебель и посуда служили долгие годы, из предметов роскоши были только мягкий ковер перед камином в гостиной да экзотические растения, цветущие круглый год в пустующих покоях княгини.
Туллий не привнес в обстановку ничего нового, только поменял занавески и постельное белье. Как и большинству мужчин, ему была свойственна практичность, к тому же доходы принца не способствовали крупным тратам и кичливым поступкам. Часто ему вообще казалось глупым одному занимать целую башню, но, будучи запертой изнутри, она дарила ему чувство защищенности и уверенности в завтрашнем дне. Это было важнее соображений экономии.
Наступил вечер. Из-под двери гостиной просачивался свет. Туллий с горечью обнаружил, что уборка еще не окончена. Он одобрительно кивнул Эмеральду, показывающему какому-то подростку – видимо, только начавшему придворную службу, – как правильно надлежит растапливать камин.
Со второго этажа слышалось ворчание и постоянное поминание матери всех драконов в связи с неумением правильно мыть окна.
Туллий незаметно прошел в свою спальню. Зрение опять наладилось, и можно было попытаться осуществить идею, случайно пришедшую ему в голову. Прислушавшись и не уловив никаких других звуков, кроме нудного ворчания, он, нажав на пять секретных точек одного из ящиков туалетного столика, отворил его и вытащил небольшое зеленое яблоко в блеклых красных пятнышках, похожих на размазанные на щеке румяна. Потерев фрукт о полы камзола, шмыгнул в ванну и вернулся обратно с небольшим декоративным блюдом, разрисованным лубочными картинками с белыми лебедями. Бросив еще один взгляд на дверь и убедившись, что никто не пытается нарушить его покой, Туллий поставил тарелку на стол, положил на нее яблоко и дал ему легкий щелчок, прошептав: «Кудесник Хабмер».
Яблоко завертелось по краю тарелки, описывая ровные круги. Постепенно исчезли суетливые лебеди, а на их месте оказалось серое распухшее грозовое облако. Оно долго не хотело рассеиваться. Туллий малодушно подумал, что возможный риск слишком велик и стоит спрятать обратно неожиданно щедрый прощальный подарок кудесника Гульри, пока он не причинил неприятностей. Движения яблока замедлились. Облако рассеялось. Из центра тарелки на Туллия взирал бородатый волшебник с густыми насупленными белыми бровями.
– Что вам надо? – вместо приветствия хрипло буркнул он. – Откуда у вас эти яблоко и тарелка? Я чувствую, что вы – не волшебник.
Туллий облизнул пересохшие губы. Несколько раз он видел, как учитель пользуется этим загадочным устройством, вопрошая своих фарфоровых собеседников, но сам никогда по нему не разговаривал.
– Я бывший ученик кудесника Гульри. Он подарил мне эту вещь.
