Ящик с костями полностью

Внезапно мужчина перестал дышать Конни в затылок, а когда он выдохнул, девушке едва удалось подавить рвотный позыв.

– Конечно. Я просто открывал для нее дверь! – Она узнала голос Худощавого. Тот убрал ногу. – Демонстрирую ей свои манеры, вот и все. – Затем он прошептал ей на ухо: – Продемонстрировал бы намного больше, будь по-моему.

Конни рывком открыла дверь и, спотыкаясь, выбралась на тротуар, чуть не врезавшись в пожилого мужчину, который куда-то спешил.

– Простите, – пробормотала она, торопливо обходя его. Ее кожа зудела, сердце грохотало в груди. Сбившееся дыхание оставляло в воздухе облачка белого пара. Добравшись до угла Баттерси-Парк-роуд, она рискнула обернуться, чтобы убедиться, что ублюдки не следуют за ней, но вместо Лорела и Харди девушка с удивлением увидела пожилого мужчину, которого она только что чуть не сбила с ног. Он осторожно ступал вслед за ней по плохо освещенному тротуару и махал тростью.

– Подождите! – задыхаясь, крикнул он.

– Я что-то выронила? – Она проверила сумку – телефон и кошелек были на месте.

– Нет, дело не в этом, – произнес мужчина. – Я… – Он пытался отдышаться, опираясь на трость.

– Да? – Ей хотелось убраться отсюда как можно скорее – до того, как Лорел и Харди решат, что последовать за ней – хорошая идея.

– Барменша сказала, что вы спрашивали в пабе обо мне, – он протянул руку. – Меня зовут Гарри Джойс.

После вчерашнего стресса с обнаружением тела и новости, пришедшей около часа назад, о желании полиции снова допросить его в участке, Рэймонд был несказанно рад приглашению мисс Муир на ужин в пансионе. Она приготовила его любимое блюдо – жаркое из говядины с клецками: честно говоря, выбор был не сложным. У миссис Муир имелись недостатки, но когда речь заходила о ее клецках, все благоговейно замолкали. А еще она пообещала, что разрешит ему посмотреть его видео с воспоминаниями. Это была не совсем видеокассета – сын миссис Муир записал для Рэймонда фильм на DVD, – но для Рэймонда любое «видео» по старинке означало видеокассету.

В наполненной паром кухне играло радио – старый «Робертс» с ротатором внизу, липкий после стольких лет соседства с едой. Анонсы лондонских новостей словно отодвигались на второй план, отступали перед теплом и запахом еды, которую готовила миссис Муир. У Рэймонда оставалось двадцать четыре часа, чтобы все обдумать – скорость не была его коньком, – и он наконец решил, как переместить свою коллекцию в другое место. Мужчина пребывал в глубоких раздумьях, размышляя над деталями и стараясь не переживать из-за назначенного на завтра разговора с полицией. Вдруг его внимание привлекли новости.

– Полиция определила личность пожилой женщины, чье тело было найдено на территории психиатрической больницы «Блэквотер» прошлым утром, – поведал в новостях репортер.

Рэймонд весь обратился в слух, как, к несчастью, и миссис Муир.

– Слышишь, Рэймонд? Снова твой дом по новостям показывают.

Он кивнул. Конечно, он слышал. Он пытался слушать – если только миссис Муир даст ему это сделать.

– Прости, – произнесла она одними губами, и жестом показала, что застегивает их на молнию.

– …по имени Эна Мэсси, бывшая медсестра психиатрической лечебницы, территорию которой теперь застроят квартирами класса люкс, – продолжил диктор. – Все еще неясно, что бывшая медсестра делала в заброшенной больнице, и полиция просит всех, кто видел ее перед смертью, связаться с ними.

Рэймонд сидел словно громом пораженный; голос диктора то достигал его слуха, то снова пропадал, пока он обдумывал услышанное. Его слова ускользали от Рэймонда, потому что тот мог сосредоточиться только на имени умершей: Эна Мэсси.

– Рэймонд, милый, ты в порядке? – его мысли прервал голос миссис Муир. Она взволнованно смотрела на него. – Что-то не так с клецками?

– Что? Э-э-э, нет. Клецки изумительны.

Она похлопала рукой по груди в области сердца.

– Слава богу, ты меня напугал. Я уж было решила, что напортачила с едой. Вот это был бы удар!

Но Рэймонд ее не слышал. Эна Мэсси была мертва. Перед его глазами предстало маленькое улыбающееся лицо, подмигивающее ему. Мужчина засунул клецку в рот – они и вправду изумительны – и стал гадать, почему кто-то ждал столько времени, прежде чем наконец убить ее. Ему было совсем ее не жаль, хотя он, конечно, никому об этом не скажет. Продолжая есть, он осознал, что с его плеч словно упал груз – бремя, существование которого он так и не признал или о котором не ведал, пока оно не исчезло. Предстоящее перемещение коллекции внезапно перестало казаться таким пугающим, как раньше, когда он только проснулся. Может, больница и разваливается на части, но она снова сделала правильную вещь и выплюнула гнилое яблоко.

– Но ведь это же не дело, – твердила миссис Муир. – В таком-то возрасте идти в заброшенную больницу! Думаешь, она чем-то торговала, Рэймонд, как те женщины-матриархи из фильмов?

Рэймонд понятия не имел, кто такие женщины-матриархи, но от Эны всего можно было ожидать.

– Не знаю, – ответил он, прожевывая клецки.