— И что?! — Округлила на него глаза Арья. — Тогда получится документ против документа. И я смогу уехать, куда глаза мои глядят, и разъезжать по всему королевству, сколько заблагорассудится. Я же про что говорила? Если они захотят прервать мое законное путешествие, то в этом случае у них появится законный способ. А вас, братья мои родные и любимые, вон, мельница не достроена!..
При слове «мельница» глаза лис тоже разгорелись, но не гневом, как у волков, а алчностью. Заметив этот блеск, Арья поняла, что выиграла себе свободу на некоторое время. Не стали бы ее немедленно крутить и волкам в руки передавать. А там…пока это гонцы до столицы доскакали бы… Смотришь, судьба подкинула бы новый поворот.
— Так понял, это ваше последнее слово? — Зло смотрел главный из волков то на девушку, то на ее старшего брата. — Сто золотых, и девица полностью наша?
— А что? — Приподнялся из-за стола в алчном ожидании Альт. — У вас с собой имеется такая сумма?
— Нет, конечно! — Уже откровенно показывал ему клыки волчара. — Мы уезжаем. Ждите нового визита, господа Лисы.
И это прозвучало, как настоящая угроза.
— Вот что ты вечно творишь, Арья? — Развел Альт руками, когда Волки черным вихрем покинули селение. — И если ты думала, что после этого сможешь уехать, а нас оставить на растерзание волкам, то ты ошибаешься. Я теперь глаз с тебя не спущу до тех пор, как не получу хоть какое известие от этого Гансбери. Он хоть кто такой, можешь сказать?
— Когда я уезжала из столицы, был главным военачальником королевства и правой рукой Его Величества.
— Ничего себе!.. — Побелел Алы лицом. — Тогда точно глаз не спущу. Даже со спящей тебя.
— И сколько намерен меня сторожить? До столицы и обратно, знаешь, сколько дней получится? А если еще снег выпадет, да пурга разыграется…
— Сколько надо, столько и посторожим. Иначе, они тут нам все порушат. Бревна на бревне не оставят. Да! Удружили Боги сестрицу!
— Вам грех жаловаться, родные мои братики. Если бы не я, то у вас сейчас… много чего не было бы.
— Это точно. И войны с волками тоже не намечалось бы.
— Так отдал бы тогда меня им сразу! Чего мешкал? Я видела, как у тебя в глазах золотые монеты засверкали при разговоре!
— Думаешь, я за себя стараюсь?! Да я для всего общества! Да мы на эти деньги…
— Сразу говорю, что всю сумму не отдам. Только половину. Если Гансбери вообще надумает после такого ультиматума со мной дело иметь. Я бы, на его месте, послала бы меня, куда подальше.
— Ты на это рассчитывала? Хитра, нечего сказать! И что ты тогда станешь делать?
— Не знаю еще. Там видно будет. Время на раздумья теперь есть. Сколько угодно.
Но она совершила просчет. Или Богам было угодно над ней пошутить. Но волки прибыли в поселок уже на следующий день. Причем, когда их делегация неспешно въезжала за стену, за ними следовала толпа зевак. И среди них оказались не только рыжие лисы. Там были и красные лисы, и белки, и бобры, и кабаны, и зайцы… Легче даже было сказать, кого там не было. Вот так Арья еще раз убедилась, как в их краю быстро распространялись слухи. И скольким любопытным захотелось взглянуть на сделку века. Ведь это немыслимо было такие деньжищи отдавать за обыкновенную девку. Причем за ту самую, о которой по округе шла худая слава, что ее женихи помирали, не дожив до свадьбы.
— Прибыли! — С такими криками первыми на двор влетели мальчишки. — Как есть, прибыли.
А за ними строем по-военному въехали Волки. Они спешились и важно поднялись на крыльцо.
— Ну! Пошли Лис помолвочный лист подписывать.
— Неужели, сто золотых привезли?
— А то мы так просто, что ли, покататься решили да к вам заглянули? Давай, Повелитель, не тяни время. Нашему Черному Волку уж больно теперь не терпится до сестрицы твоей дотянуться и…к груди своей прижать.
— Хм! — Замялся Альт на пороге, но в дом гостей пригласил. А те такими веселыми при этом выглядели, и все посмеяться в голос норовили.
Когда к ним в избу вошла Арья, смолкли все разговоры и хохот. И в полной тишине старший Волк достал несколько кошелей с золотом и бросил их перед ней на стол.
— Вот! Гансбери от своего не отступился. И сказал, что раз жена ему так дорого достается, то он с нее потом по полной программе и спросит.
Здесь, наверное, ранее волки намечали посмеяться от души, но девушка так их своими зелеными раскосыми глазищами обвела, что гогот застрял у них в глотках. А как она начала по избе походкой своей плавной проходиться, так в избе уже воцарилась совершенно зловещая тишина.
— Что-то очень уж быстро вы обернулись, Волки. — Голос ее звучал зловеще, однако. — И так запросто кошельками тут начали бросаться! Братья Лисы, не продешевили ли вы меня за эти деньги продавать?
— Что?!! — Взревел раненым медведем волк, предводитель посольства и перекрыл этим ревом шепот, что волной побежал по всем собравшимся.
А народу в избу набилось, надо сказать, не меряно. И всем любопытствующим места все равно не хватило, вот они в окна свои носы и плющили.
